Мой колющий удар прямо в лицо останавливает погань, и в ворчании нежити мне слышится что-то, похожее на удивление. Что, удивил, мил человек? Сейчас удивлю еще больше…
Следующий мой укол попадает вампиру прямо в правую глазницу. Глаза тварь лишилась, хотя до мозга я не достал. Но противник опустил щит, и вот теперь я могу врезать по-настоящему.
Шаг назад, другой в сторону, замах из пируэта. На, получи!
Я чувствую, как клинок клеймора разрубил мышцы, слышу, как сталь скрипнула о шейные позвонки. Нежить закачалась, топор со звоном упал на камни. Завопив во все горло, я пнул вампира в щит и опрокинул навзничь, а потом, наступив ему на грудь, всадил острие меча в горло и крутанул, ломая недорубленные позвонки.
Все, готов.
Покончив с уродом, я осмотрелся и увидел, что поле боя за нами. Суббота с мечом в правой руке и своим охотничьим ножом в левой уже свалил одного упыря и теперь заканчивал со вторым, осыпая его виртуозными ударами. А неподалеку от меня свирепствовал байор Домаш. Почтенный рыцарь вполне пришел в себя после пережитого и теперь показывал мастер-класс мечевого боя какому-то протухшему парню в тяжелой броне, вооруженному двуручником. Чтобы отражать свирепые удары твари, каждый из которых мог бы стать смертельным, Домаш взял меч левой рукой за острие и отбивал атаки нежити с поразительной ловкостью. А потом, улучшив момент, поднырнул упырю под руку и с ловкостью заправского косаря буквально срезал голову твари с плеч. Еще пару секунд спустя сэр Роберт великолепным ударом зарубил последнего напавшего на нас вурдалака.
Первый тайм был окончен. Переводя дыхание, мы встали у дверей в донжон, сжимая оружие.
— Ваш конь мертв, — сказал сэр Роберт байору Домашу. — Вы упустили возможность покинуть замок и теперь у вас нет иного выхода, как только идти с нами.
— Так тут что, мертвецы ожили что ли? — осведомился Домаш, глядя на разбросанные во дворе тела, некоторые из которых еще шевелились.
— Вы очень наблюдательны, — сэр Роберт едва заметно улыбнулся. — Именно поэтому я и мои люди прибыли в Халборг. Теперь вижу, что мы опоздали. Обитатели замка или погибли, или стали нежитью. Замок превратился в гнездо вампиров.
— Вампиры? Упыри? Мертвяки? Матерь пресветлая, да откуда?!
— Если останемся живы, я вам объясню.
— Так ли он нам нужен? — со своей обычной бесцеремонностью спросил Суббота. — Пусть берет моего мерина и мотает…
— Э, нет! — взревел байор. — Я должен знать, что случилось с баронессой фон…
— Пошевели мозгами, пень дубовый! Эта баронесса все тут и устроила. Вампир твоя любимая, понимаешь?
— То есть как — вампир? — Домаш стал бледен, как беленая стена.
— Так — вампир! Влез ты в говно по самые… Теперь стой и обтекай.
— Байор, я вынужден объявить вам то, чего вы, в принципе, знать не должны, — сказал сэр Роберт. — Я и мои спутники не просто фламеньеры. Мы персекьюторы, охотники за нежитью. Замок Халборг захвачен немертвыми, и у нас одна задача — уничтожить тварей. Волею судеб вы оказались втянуты в наши тайные дела. Готовы ли вы помочь нам и сразиться с созданиями, одолеть которых весьма непросто?
— Хрень небесная! — Домаш покачал головой. — Так и знал, что тут что-то нечисто. Не может обычная баба быть такой красавицей.
— Нам надо спешить, — сэр Роберт направился к зияющему входу в донжон.
Наверное, еще несколько дней назад парадный зал замка был великолепен. Теперь же здесь пахло смертью и пустотой. Мы вошли в распахнутые двери и остановились, не сводя взглядов с трех людей — людей ли? — стоявших в противоположном конце зала и ярко освещенных странным синеватым пламенем нескольких факелов, горевших в зале.
Двое были в доспехах и с большими мечами в руках, третий в длинном плаще, отороченном волчьим мехом и безоружен. Явно южанин: голова обрита, лишь на темени оставлена длинная косичка, смуглая кожа в свете факелом кажется совсем черной — а глаза светлые. Волчьи глаза, внимательные и злые.
— Я же велел вам убираться отсюда, — сказал человек усталым голосом. — Ваша смерть мне совсем ни к чему.
— Почему ты решил, что мы умрем, маг? — спросил сэр Роберт.
— Потому что всякий, кто мешает мне, погибает.
— Это я знаю. На тебе много смертей, Ирван Шаи. Ты убил принца Зулейкара. Твоими стараниями все население Баз-Харума превратилось в упырей. Ты виновен в гибели наших собратьев Джесона, Вортана Караджина и Ренана де Лагерна. Старик барон и его дворецкий тоже мертвы, как я понимаю?