На устроенный Жаном банкет Теодор пришел поздно, но сразу же заговорил приглушенным голосом с Гуго на средиземноморском lingua franca. Гуго внимательно выслушал его, а потом шепотом передал Элеоноре, что, по мнению Теодора, люди Жана не просто собрали снедь и прочие подношения, а ограбили дома и усадьбы местной знати, то есть совершили преступление, которое греки не оставят безнаказанным. На следующее утро предсказания Теодора сбылись. Едва поднялось солнце, как в лагерь галопом прискакали разведчики и криками оповестили всех, что из утреннего тумана появилась колонна войск императора и уже разворачивается в боевой порядок. Сначала франкские командиры подумали, что это просто маневр, но когда они выехали на околицы Родосто, то путь им преградили войска императора. Виконт Беарнский вызвал Гуго и Готфрида на поспешный военный совет под сенью небольшой рощицы. Навстречу войскам были отправлены посланники, однако те отогнали их, выпустив град стрел. Греки явно намеревались вступить в сражение, и все, что могли сделать франки, это сидеть и ждать. Элеонора закрыла глаза и задремала. После вчерашнего ночного пиршества она уже не страдала от голода, но ей очень хотелось пить, ее клонило в сон, слегка подташнивало, а все суставы ныли. Ненадолго ей подумалось — а не правдивы ли слухи, которые ходят в последнее время по лагерю? Не совершили ли они ошибку? Может, не надо было отправляться в поход? И действительно ли они занимались богоугодным делом?
— Элеонора, Элеонора! — Она тут же проснулась, услышав, как выкрикивают ее имя. К ней галопом приближалась группа всадников: Гуго, Готфрид, Бельтран и Теодор. Поравнявшись с ней, Гуго резко соскочил с коня.
— В чем дело? — спросила его Элеонора. Ее настолько поглотили раздумья, что она не сразу услышала шум, нарастающий со стороны лагеря. Она повернулась и посмотрела в промежуток между повозками. Вдали зловеще посверкивали доспехи и развевались разноцветные боевые знамена, а легкий ветер доносил вместе с пылью угрожающий рев труб и барабанов.
— Теодор считает, что греки группируются для атаки. Вскоре она начнется. — Гуго схватил Элеонору за плечи и сильно сдавил их. В его глазах промелькнул страх. — Слушай, Элеонора, — прошептал он. — Я очень тебя люблю, но, во имя всего святого, неужели нам суждено здесь погибнуть? Граф Раймунд поехал на встречу с императором, тогда почему греки собираются на нас напасть?
— Они хотят отомстить! — ответила Элеонора, посмотрев на далекое облако пыли.
— Так оно и есть. — Бельтран тоже спешился и, пошатываясь, подошел к ним вместе с Теодором; их потные лица выражали крайнюю тревогу.
— Надо вступить с ними в переговоры! — хрипло выкрикнула Элеонора, показав рукой на облако пыли.
— Слишком поздно, — заявил Теодор. — Господин Гуго, нам надо готовиться к отражению атаки.
По всей линии обороны франков командиры пытались навести порядок. Прискакали виконт Беарнский и другие военачальники, облаченные в кольчуги и доспехи, с коническими шлемами на головах и длинными овальными щитами, прикрепленными к седлам. Они отчаянно пытались заткнуть все бреши между повозками и расположить за ними как можно больше лучников. Виконт осадил коня прямо перед Гуго.