знанный вождь - уже знакомый нам по походу Ричарда Корнуоллского крестоносец Симон де Монфор, граф Лейстерский, третий сын победителя альбигойцев.
Однако крестоносец все же нашелся. Это был французский король Людовик IX. Неизвестно точно, что повлияло в декабре 1244 г. на его решение взять крест: то ли известие о падении Иерусалима, то ли выздоровление от тяжелой болезни, а может быть, и то и другое. В это время ему было 30 лет. Он был рослым сухощавым человеком со светлыми кожей и волосами, некрепкий здоровьем, склонный к малокровию. Он показал себя справедливым и непреклонным правителем, реформировавшим суд и запретившим судебные поединки, он старался дать Франции справедливое управление, при нем начался хозяйственный подъем страны. Французская корона получила в 1247 г. Прованс, а в 1249-м - графство Тулузу. Он уважал права своих ленников, но, в свою очередь, требовал от них точного выполнения обязанностей. Будучи глубоко религиозным человеком, он всегда поддерживал церковь, но в то же время твердо отстаивал перед ней королевские права. Он был бескомпромиссен и безжалостен, когда речь шла о делах веры. Во время спора императора с папой он оставался нейтральным. Во Франции было объявлено отлучение императора, но он запретил участвовать в крестовом походе против него и всегда склонял папу к умеренности. Он был предан долгу и исполнен благочестия, нетребователен и скромен. При всем при этом он был доверчив и простодушен, ему не хватало твердости и решительности. Он был храбрым солдатом и никудышним полководцем. Не оставляет мысль, что именно он стоял перед глазами Сервантеса, когда тот рисовал своего Дон Кихота.
Подготовка к походу заняла три года. Из денег, собранных по постановлению Лионского собора на крестовый поход вне Франции (двадцатая часть доходов церкви), Людовик IX не получил ничего или почти ничего. Поэтому он убедил французские церкви отдавать на крестовый поход десятую часть доходов в течение пяти лет, таким образом ежегодно церкви сдавали в королевскую кассу по 190 тысяч турских ливров, то есть всего 950 тысяч. Другим источником денежных средств были города. Всего за пять лет они сдали в королевскую казну 274 тысячи турских ливров, причем общий взнос Парижа составил 10 тысяч парижских ливров, Бове - 3400, Лана - 3000. В XIV столетии королевская казна подсчитала, что общие расходы на этот крестовый поход составили 1,3 миллиона турских ливров (военные расходы - 750 тысяч, выкуп из плена армии -210 тысяч, расходы двора - 200 тысяч, строительство укреплений в Святой Земле -120 тысяч, строительство кораблей - 40 тысяч, выкуп христианских пленных -1,3 тысячи и прочие расходы). Таким образом, король тратил в крестовом походе в основном только деньги церкви и городов, что подтвердил Жан де Жуанвиль в своей «Histoire de Saint Louis» («Истории святого Луи»), когда говорил, что «у короля не было своих денег, но только деньги церкви». Для сравнения укажем, что годовой доход французского короля в 1256-1259 гг. составлял около 250 тысяч турских ливров, то есть в крестовом походе было истрачено немногим больше того, что составляли доходы королевства за пять лет.
К императору Фридриху были отправлены посланцы известить его о предстоящем походе. Фридрих был отцом законного короля Иерусалима, и нельзя было обойтись без его формального разрешения. Фридрих охотно дал такое разрешение и тут же сообщил о намечавшемся походе султану в Каир. С Марселем были заключены договоры о перевозке, часть кораблей предоставила Генуя, она же взяла на себя денежные переводы в Святую Землю. Венецианцы, боявшиеся потерять свою торговлю с Египтом, отнеслись к походу неодобрительно. На Кипре на деньги короля Франции в течение двух лет делались запасы хлеба и вина.
12 июня 1248 г. легат, кардинал-епископ Тускулума Эд де Шатору в Сен-Дени вручил королю посох и котомку паломника и орифламму, знамя Франции. В Париже король босиком дошел до Нотр-Дам-де-Пари, прослушал мессу и простился с парижанами. В Корбее под Парижем Людовик торжественно простился с матерью, поручив ей регенство, и выступил в поход.
В августе 1248 г. король отправился из Эг-Морта на Кипр. Главная армия отплыла из Марселя под пение старого гимна крестоносцев «Veni Creator Spiritus» («Приди, Творец Духа»). С королем отправились в поход королева Маргарита Прованская; братья короля, графы Робер д 'Артуа и Карл Анжуйский; его родственники, участники похода 1239 г. граф Пьер Моклерк Бретонский и герцог Гюг IV Бургундский; Гюг X де Лузиньян, граф де Ла Марш, недавно похоронивший жену вдову Иоанна Безземельного, участник Пятого крестового похода; граф Гийом де Дампьер Фландрский; 25-летний Жан де Жуанвиль, сенешаль Шампани, будущий историограф похода, и многие другие. Вслед за ними отправились английские войска во главе с Уильямом, графом Солсбери, внуком короля Генриха II. Еще один брат короля Франции, граф Альфонс де Пуатье, должен был последовать за Людовиком во главе королевского флота.