Вашадзе и его людям повезло больше. Успешно атаковав несколько скважин, они подорвали трубопроводы, подожгли нефть и успели скрыться до подхода крупных армейских сил и отрядов НКВД.
Забегая вперед, следует сказать, что фельдфебель отлично справился с порученным заданием. Его группа почти не понесла потерь и на протяжении семи суток, пока развивалось наступление 1-й и 17-й немецких армий, тревожила большевиков дерзкими нападениями на объекты вокруг Грозного. Более того, взводу Вашадзе удалось благополучно вернуться назад и даже привести с собой около трехсот дезертировавших из Красной Армии грузин и азербайджанцев, пополнивших ряды батальона «Бергман».
Удивлению оберст-лейтенанта Оберлендера не было предела — вероятно, ни он, ни руководство абвера на подобный успех не рассчитывали. Однако подвиг и удачливость грузинского легионера пришлось оценить. Спустя две недели Вашадзе стал лейтенантом и кавалером Железного креста 2-го класса.
В сентябре 1942 года его взвод был направлен в район Моздок — Нальчик — Минеральные Воды для борьбы с советскими партизанами.
Из этого рейда Вашадзе не вернулся…
Сам по себе Крестовый перевал не являлся главным плацдармом для намечавшейся операции. На пару с Казбеком он служил важнейшей опорной точкой для ориентации пилотов; плюс начальству абвера приглянулось словосочетание для общего обозначения операции. Выброска группы производилась севернее на десять километров; а те, кого группе надлежало встретить, должны были подойти с юго-запада, также минуя наивысшую точку Военно-Грузинской дороги.
Впрочем, эти маловажные детали лейтенанта мало беспокоили. Десантирование прошло успешно — никто из бойцов на склоне не пострадал. Удача сопутствовала и на следующем этапе: горные стрелки быстро собрались на леднике, разыскали все четыре контейнера и запрятали под снегом парашюты. Теперь главное — вовремя добраться до назначенного места. Встреча должна произойти в восьми километрах южнее вершины, носящей гордое название Казбек…
Чхенкели вел группу, частенько оглядывался на светлеющее небо и подбадривал стрелков:
— Двигайтесь! Живее двигайтесь! Чем скорее мы прибудем на место, тем больше времени у нас останется на отдых. Потому что после встречи в назначенном месте об отдыхе придется забыть…
Длинный караван из вьючных животных в сопровождении двадцати егерей из 1-й горнострелковой дивизии «Эдельвейс» задержался всего-то на пятнадцать минут. Что поделаешь — немецкая педантичность. Даже в тылу противника, среди гор и лесов, они умудрялись держать марку.
Обменявшись паролем и отзывом, офицеры сошлись на тропе. «Эдельвейсами» командовал немецкий гауптман — высокий и породистый, со светлыми волосами и баварским акцентом.
— Нойманн, — запросто представился он. — Фридрих Нойманн.
— Лейтенант Чхенкели. Можно просто — Александр, — ответил крепким рукопожатием грузин. И добавил: — В сорок первом мне посчастливилось сражаться рядовым стрелком в одной из рот дивизии «Эдельвейс».
— Вот как? — вскинул брови капитан. — Уж не в балканской ли кампании?
— Совершенно верно. Нам тогда удалось прорвать линию фронта и овладеть Югославией.
— Рад нашей встрече, коллега! Я за бои в югославских горах получил погоны обер-лейтената.
— А я в тех боях был ранен. А неделю спустя из рук самого Адольфа Гитлера получил Железный крест 2-го класса и погоны обер-фельдфебеля.
— Похвально, Александр, похвально!
Чхенкели смущенно улыбнулся.
— Мои люди готовы сопровождать вас, Фридрих.
— Хорошо. Давайте поступим так: пройдем до восточного склона и выберем место для привала.
— Разумеется, мне поручено выполнять любые ваши приказы. Но… на последнем инструктаже командование предупредило о дефиците времени. И о том, что привалов не будет.
— Я в курсе всех инструкций командования абвера. Вам известно, лейтенант, откуда идет мой караван?
— Нет, герр гауптман, — вытянулся Чхенкели, не успевший привыкнуть к офицерским погонам.
— То-то, — пробурчал Нойманн. И, улыбнувшись, похлопал коллегу по плечу: — Зовите меня тоже по имени. Да, кстати, познакомьтесь…
К ним подошел невзрачный мужчина лет тридцати восьми в куртке «анорак» оливкового цвета. Знаков различия на куртке не было, не видно было и автомата с тяжелым ранцем за спиной. Вместо этого на ремне висела небольшая кобура, а сбоку болтался плоский планшет.