— Садись. Гагарин в юбке…
Глава вторая
Скоро у меня заболело правое ухо, а после и вся голова.
Понятия не имею, как ей удается учиться в медицинском университете без «троек», но одна мысль о том, что в старости я имею шанс попасть на прием к такому служителю Гиппократа — приводит в уныние. Юрка оказался абсолютно прав относительно ее содержания. Блондинка. Настоящая блондинка 999-й пробы. Ума, как у канарейки. Словарный запас Эллочки-людоедки.
До Красноармейска она повествовала о тяжкой доле студентки-заочницы. У Камышина я назубок знал ее автобиографию. На траверзе Волжского я, видимо, был зачислен в лучшие подружки, и со мной поделились некоторыми интимными тайнами. А на въезде в Волгоград мне стали известны все подробности знакомства и отношений с Юркой.
Подумывая об ужине, тащу из пачки сигарету. Ирка тут же услужливо щелкает зажигалкой.
— Ладно, не печалься, — выпускаю клуб дыма и киваю на ровное пламя: — Газовая?
— Да. А что?
— Значит, Юрка к тебе вернется.
Девица расплывается в счастливой улыбке:
— Почему ты так считаешь?
— С Газпромом все мечты сбываются…
Растянувшийся вдоль Волги город проезжаем в вечерних сумерках. Затемно останавливаемся у придорожного кафе.
Открывая капот, командую:
— Иди, занимай столик и заказывай ужин.
— А ты?
— Масло проверю…
Едва Ирэн исчезает за дверью кафе, достаю мобилу.
Юрка почему-то молчит, сам я же набирать его номер не решаюсь — как бы не навредить, позвонив не вовремя. Листаю записную книжку в поисках номера капитана Топоркова — моего давнего и надежного товарища.
— Приветствую боевого командира! — бодро отзывается тот. — Как отдыхается на берегах великой русской реки?
— Отдыхается всегда хорошо. А на родине вдвойне приятнее.
— Это точно…
— Дело есть.
— Слушаю.
— Как у тебя с неучтенкой?
Алексей на пару секунд задумывается…
«Неучтенкой» мы называем трофейное и реквизированное у боевиков оружие, не успевшее пройти процедуру регистрации и официальной передачи органам внутренних дел, как того требует закон.
— А сколько нужно? — спрашивает Топорков.
— Устроил бы один длинный комплект.
«Длинный комплект» — автомат, «СВД» или «Вал» с хорошим запасом патронов. Соответственно «короткий» — пистолет.
— О-о! Я-то думал!.. Найду, командир, не проблема. Когда нужно?
— Я уже в дороге — завтра рассчитываю быть в гарнизоне.
— Так быстро… Тогда придется подождать. Или обратись к Бивню — он пока на базе завис, а к моей группе присоединится позже.
— Ты загремел в командировку?
— Типа того. Подрядили тут на юге Осетии х…ей заниматься.
— В Осетии? С чего вдруг?
— «Дарьял» на днях открыли — КПП в Верхнем Ларсе. Вот нас и послали на усиление: третий день утюжим асфальт от границы до Владикавказа. Мотаемся туда-сюда, как…о в проруби.
— Так-так-так… — лихорадочно соображаю, каким образом извлечь пользу из этой новости. — Значит, патрулируете Военно-Грузинскую дорогу?
— Ну да.
— А где квартируете?
— У мотострелков во Владикавказе.
— Понятно. Я заеду в Ставрополь, и сразу к вам — оставлю в гарнизоне мотострелков свою машину. А ты меня на броне подкинешь до Джейраха. Договорились?
— А чего ж не подкинуть? — искренне удивляется Лешка. — Там всего-то верст пять от трассы…
Прощаюсь, закрываю капот.
Топая в кафешку, вспоминаю карту… Кажется, придется сделать изрядный круг — ехать во Владикавказ через Ставрополь. Что поделаешь — нормальной дороги строго на юг из Элисты попросту нет.
Ирка сидит за столиком и ковыряет вилкой салат.
— Что у нас на ужин? — присаживаюсь напротив.
— Мне ску-учно, — хнычет она вместо ответа на архиважный для меня вопрос.
— Щас я тебе устрою скандал, и будет весело. А потом запихну в автобус и отправлю обратно в Саратов.
— У них есть пельмени со сметаной, яичница с беконом и три вида салатов. А еще растворимый кофе, чай и несколько видов соков.
С бабами всегда так: не рявкнешь — не покормят.
— Пельмени, чай. И салат такой же, как у тебя…
Элисту проезжаем глубокой ночью. Отыскав на окраине круглосуточную забегаловку, останавливаемся выпить горячего чайку. Приблуда молчит. Глаза сонные. Притомилась.
Я тоже не больно-то свежий — в отпуске избаловался спать по десять часов в сутки, вот и сижу, размышляю глубокими зевками: рвать до Ставрополя или немного здесь отдохнуть.