— Следующий сеанс связи через тридцать восемь часов, — проговорил он. — К этому времени мы будем уже на месте.
— Что-то не так? — спросила я, заметив, что он бледнее обычного.
— Ничего, всё в порядке, — слабо улыбнулся он. — Через два часа я доложу о полученной информации.
Совещание я собрала в аппаратной на четвёртом уровне, где была возможность воспользоваться демонстрационной аппаратурой. Пока присутствующие рассаживались по местам, я наблюдала за Куренным. Он присел за пульт возле демонстрационной площадки и мрачно смотрел на экран, время от времени касаясь пальцами сенсоров на панели.
— Прошу вас, инспектор, — произнесла я, когда все приглашенные на совещание заняли свои места.
— Я готов, — кивнул он и, оторвав взгляд от экрана, повернулся ко мне. — Нашим экспертам удалось установить, что «Сангрил» построен на верфи Синай в системе Поллукса.
— Корпорация «Лазарус»? — уточнила я.
— Да, «Лазарус», — подтвердил он. — Для тех, кто не в курсе, поясняю, что восемнадцать лет назад семь перспективных инженеров-кораблестроителей покинули Землю. Они считали, что на родине у них нет возможности реализовать свои таланты. Скорее всего, они были правы. Они продвигали новаторские идеи, воспринять которые так быстро, как им хотелось, наш кораблестроительный комплекс не мог. Они улетели сперва на Киоту, а потом на Криптон в системе Шидара. Там они создали на деньги спонсоров небольшую кораблестроительную компанию. Дела пошли хорошо, и вскоре их компания приросла крупными акционерами и превратилась в корпорацию, имеющую в разных системах шестнадцать верфей и судостроительных заводов. Корпорацию назвали «Лазарус», включив в название первые буквы фамилий владельцев корпорации.
Корпорация занимается строительством больших звездолётов с хорошими ходовыми и боевыми характеристиками. Наше внимание она привлекла именно тем, что выполняет заказы на постройку военных звездолётов по заказу лиц и организаций, неподконтрольных Объединению Галактики. Именно они строят корабли для наёмников, пиратов и работорговцев.
Поскольку Инспекция уже довольно давно занимается деятельностью корпорации, о ней собрано достаточное количество информации, в том числе о построенных ими звездолётах. Проанализировав имеющиеся сведения о «Сангриле», наши аналитики установили его сходство с тремя типами выпускаемых с верфей «Лазаруса» звездолётов. Все три типа применяются пиратами для захвата и транспортировки звездолётов среднего и малого классов. Поскольку внешне все звездолёты отличаются друг от друга, сравнение проводилось по внутренней планировке и определённому по имеющимся сведениям оборудованию. С достаточной степенью вероятности установлена стандартная комплектация оборудования звездолёта, а также варианты планировки и технического оснащения трюмов.
— Сколько вариантов? — спросил Донцов.
— Три, — ответил Куренной. — И что самое плохое, нашим экспертам не удалось установить, какой именно применён в данном случае. Причём, поскольку планировка ангара и прилегающих помещений имеет решающее значение для места крепления абордажной капсулы, то неправильный выбор приведёт к провалу операции.
Он повернулся к демонстрационной площадке и коснулся сенсоров на панели пульта.
— Назовем варианты А, В, С, — проговорил он. — Вариант А.
На площадке сформировалась трехмерная схема трюма, с ангаром в центре.
— Слева от ангара за переборкой расположено небольшое техническое помещение, куда выведены из обшивки и внутристенных переборок провода коммуникаций, установлены датчики энергетической активности и аварийные щитки. В данном случае оптимально установить капсулу на обшивку в этом месте, проникнуть в техническое помещение, по возможности, воспользоваться выходами коммуникаций, в том числе системы телеслежения, и уже оттуда через дверь проникнуть в ангар.
Схема на площадке видоизменилась.
— Следующий вариант В, — прокомментировал инспектор. — Справа расположен скафандровый отсек. За стенными панелями проходят коммуникации. Размещение коммуникаций на внешней стене звездолёта типично для «Лазаруса». На Земле это считается нерациональным в связи с опасностью повреждения жизненно важных систем корабля в случае пробоины в обшивке. Это одна из причин, почему их идеи не прижились на Земле. Здесь капсулу нужно крепить в районе скафандрового отсека, через который можно проникнуть в ангар.
— А если, вырезая абордажный люк, капсула повредит коммуникации? — уточнил Оршанин.
— На капсуле установлено надёжное сканирующее оборудование. Уже подлетая, вы будете видеть, где у них проходят провода, — ответил Куренной. — Дело не в этом. Смотри внимательней. Если выберем вариант А, а окажется В, то капсула прикрепится в районе ангара, и при прорезке люка будет обнаружена охраной, которая неизбежно находится возле лайнера. Они успеют сообщить на мостик, и сбежится вся их армия. Время на операцию для вас будет ограничено одной-двумя минутами, а то и меньше.
— Убрать охрану, вскрыть лайнер, проникнуть внутрь, устранить охрану, находящуюся внутри, убедиться в том, что люди на борту, проверить и запустить автоматику и двигатель, — вслух просчитал Мангуст. — К тому же ещё открыть ворота ангара. Не успеваем. Нужно хотя бы пять-семь минут. А лучше пятнадцать.
— Теперь, если выбираем вариант В, а окажется А, — продолжил инспектор. — Врезаемся в капитальную переборку как раз под аппаратной надстройкой. Опять же группу засекает охрана, а выход в ангар оказывается практически недоступен. Щель около пятидесяти сантиметров, куда не пройдет десантный скафандр. А нужно не просто войти, а войти стремительно и с оружием.
— А третий вариант? — спросил Хэйфэн.
— Еще хуже, — инспектор коснулся сенсора и на площадке появился третий вариант планировки трюма. — Справа и слева глухие капитальные переборки. За ними разноуровневые ангары, размещение которых в каждом случае зависит от воли заказчика. Если удастся проникнуть в одно из этих помещений, то попасть в ангар можно будет только по центральной галерее трюма, которая тщательно охраняется, хорошо просматривается и простреливается.
— А возможен и четвёртый вариант, — заметил Мангуст.
— Возможен, хотя и маловероятен, — произнёс инспектор.
— Ну, и какие выводы? — поинтересовалась я, изучая полупрозрачный трюм на площадке.
— Неутешительные. Пока мы не будем убеждены в том, что на «Сангриле» применён вариант А или В, проведение операции по предложенному вами плану, командор, считаю невозможным. Это стопроцентный провал. Другого плана у нас нет. До выхода в точку рандеву полтора суток. До встречи с «Сангрилом» — максимум двое.
— И что, всё зря? — повернулся к нему Оршанин.
Куренной устало покачал головой.
— Других вариантов я пока не вижу, а бросать группу вслепую нельзя.
— А если бой? — без уверенности предложил Хок.
— Не выдержим, — вздохнул инспектор и потёр рукой лоб. — Если перебросить в точку рандеву крейсера Инспекции, можно попробовать, но тогда они поймут, в чём дело, и будут прикрываться пленными, как заложниками. Нам придётся отступить, потому что в отличие от нас, для них человеческая жизнь ничего не стоит. Они их просто уничтожат.
— Обязательно уничтожат, — мрачно глядя на схему трюма, подтвердил Оршанин. — Как свидетелей и доказательство совершённого преступления. Они ж знают, что их ждёт в Объединении за похищение людей и пиратство. Надо думать, время ещё есть.
— Значит, будем думать, — подытожила я. — Заканчиваем?
Я взглянула на инспектора и вдруг заметила, как заблестел испариной его белый лоб. Он поспешно поднёс руку к глазам, и я увидела в них что-то похожее на панику. Я удивленно посмотрела на Хока. Он перехватил мой взгляд и быстро обернулся к Куренному.
— Простите, инспектор, — проговорил он. — Совершенно вылетело из головы. Доктор МакЛарен просил вас срочно зайти к нему. У него есть какая-то конфиденциальная информация.