Только когда я дотопал до Большого Зала, до меня дошло, что сегодня Хэллоуин. Почему-то не обратил на это внимание, так как мысли были заняты совершенно другими проблемами. Припомнив, что Хэллоуин почти всегда сулит мне неприятности, я непроизвольно подобрался и хмуро сосредоточился. И вот сейчас к моему напряжению прибавилось и раздражение. Всегда бесил этот праздник. Хогвартс как и в прошлые года был украшен тыквами, под потолком летали иллюзии летучих мышей, и по углам таинственно светились бледные и таинственные огоньки. Видимо, в этом году администрация школы не стала воспроизводить весь дебилизм присущий Хогвартсу, чтобы не шокировать гостей и ограничилась программой минимум с украшательством, традиционными розыгрышами, и, что немаловажно, с меню этого праздника. Мордредов Хэллоуин…
Около возрастной черты, проведенной Дамблдором вокруг Кубка Огня, как акулы вокруг жертвы, наворачивали круги несколько младшекурсников. Подавляющее большинство студентов всех наших факультетов, рассевшись кто-где за своими столами, с интересом следили за этим шоу.
— Дело, конечно, твоё, Поттер, но тебе не кажется, что это слишком рискованно? Не боишься, что тебя выкинет за пределы черты и ты будешь подметать пол своей мантией? — ехидно спросила Браун.
— А я вот думаю, что у Поттера слишком твердый лоб, и он наверняка прошибёт любую такую черту. Правда здесь колдовал Дамблдор, и он мог придумать что-нибудь такое… антипоттеровское. Ставлю галеон на Поттера! Ты как, Лав? — стала подбивать подругу на спор Патил.
— Я что, по-твоему дура? Вспомни ту маггловскую книжку про статистику и теперь вспомни, когда у Поттера, что-либо не получалось, — возмущённо ответила Браун.
— Вообще-то, у Поттера на зельях ничего не получается, — возразила Парвати.
— Это не у Поттера не получается, а у Лонгботтома вместе с Поттером не получается варить зелья. И статистика тут верно говорит, — выдвинула непрошибаемый контраргумент Браун.
— Эй! — возмутился Невилл.
— Без обид, Лонгботтом, но из тебя зельевар, как из меня загонщик в квиддиче. То есть никакой, если не сказать похуже, — легкомысленно отмахнулась блондинка.
— Гарри, может всё-таки передумаешь? — вздохнула Гермиона.
В это время я в компании своей девушки, Лонгботтома и дуэта сплетниц, задумчиво склонив голову, стоял перед пылающей золотом на гранитном полу Большого Зала окружности и рассматривал то, что наворотил вокруг Кубка наш директор.
На самом деле ничего сложного там не было. Немного переработанный колдомедицинский диагност. Да даже не переработанный, а очень упрощённый и примитивный. Из него выкинули вообще всё, кроме определения возраста и довольно филигранно и на любопытном принципе прикрутили к печати заклинания «Флиппендо». Присутствовало ещё несколько шуточных и детских заклинаний, которые должны срабатывать по условию, вроде усиленного роста волос или иллюзии младенческого подгузника. Зато внешне всё это выглядело внушительно и пафосно, как светящаяся золотом окружность десятифутового радиуса с пылающим Кубком Огня на вычурной деревянной тумбе в центре. Очень похоже действует обычный охранный круг, когда нарушителя, не подходящего под определенные параметры, выбрасывает за пределы защищаемой территории. И ещё, охранный круг, само собой не имеет визуальных эффектов, а не как здесь, с «карнавалом» и зрелищностью.
Преодолеть такое «препятствие» для меня не составит вообще никакого труда или специальных средств, вроде зелий, эликсиров или артефактов. Мне, как метаморфу, можно любой возраст воспроизвести и подделать энергосистему. Только вот остаётся риск с моим магическим источником. Он пока ещё не стабилизировался и по-прежнему находится в возбуждённом состоянии, как и у любого подростка моего возраста. Этот момент с моим магическим ядром, с планом пересечения возрастной черты меня больше всего беспокоил, и весь остаток летних каникул и первые месяцы нового учебного года я периодически посвящал тренировкам и занятиям со своей энергетикой.
Раскопал с помощью окклюменции в своей памяти все те случаи спонтанной аппарации и на основе тех чувств и рефлексов нашел способ держать свой источник в узде исключительно своей волей и желанием. Только вот пока не решался приступить к опытам трансгрессии, так как не был уверен, что перемещение получится так же, как и на бессознательном уровне. Там мое подсознание в экстремальной ситуации вытягивало все тонкости аппарации, даже с пунктом назначения, не говоря уже про словесную форму заклинания или жест.
Преодолеть препятствие, возведённое нашим директором, можно ещё несколькими способами. Можно обмануть черту с помощью «Оборотного зелья». Правда, такой трюк нужно без лишних глаз проводить, ночью например, так как любой взрослый сразу вызовет подозрения. Можно вручить записку своему фамильяру и приказать доставить по назначению. Или можно ещё договориться на кухне Хогвартса с домовым эльфом, чтобы он оказал такую услугу. Это не противоречит уставу школы. Или можно воспользоваться чем-то наподобие удочки. В конце концов можно попытаться закинуть записку с твоим именем через черту самостоятельно. Десять футов — это всего лишь чуть больше трёх метров и добросить скомканный клочок пергамента можно попытаться. Кубку плевать и он определяет только энергетический след твоей магии оставленный на пергаменте магическими чернилами с твоей же личной маной. Но последний вариант не пришёл в голову никому, потому что Дамблдор перед пиром знатно промыл мозги всем студентам, заявив, что по правилам опустить записку в Кубок Огня необходимо собственной рукой.