***
На следующее утро, когда Гермиона спустилась в гостиную Гриффиндора, она была всё ещё на меня обижена и сердита, но так, чисто внешне и немного показательно. Гордо задрав носик прошествовала мимо меня и даже не поздоровалась. Всё бы ничего — обычные для нас отношения, когда мы летом также друг с другом заигрывали и притирались во взаимных чувствах. На самом деле вся такая показуха нам и не нужна. Достаточно к себе прислушаться, чтобы абсолютно точно знать, как каждый из нас себя чувствует и как относится. Вот только сейчас вокруг не мой дом, и мы не наедине.
Нашу мнимую размолвку, тут же срисовали все окружающие, и мою эмпатию захлестнули различные отголоски чужих чувств, среди которых почему-то преобладало злорадство. Больше всего радовалась рыжая Джинни Уизли. Прямо-таки фонтанировала торжеством и предвкушением, а сидящая рядом с ней Ромильда Вейн заполыхала охотничьим азартом. Оживились и несколько парней. Пятикурсник Маклагген, его кореш Ричи Кут и Рон Уизли моментально стали облизываться на мою девушку и пожирать её глазами. Но самым для меня ошеломляющим стало то, что на меня с нечитаемым на лице выражением смотрел Ли Джордан, а вот в эмоциях он… Бля!!! Это чего? Мне теперь к нему спиной опасно поворачиваться? Повезло, что у нас душ с ним не общий. А то за мылом и не нагнуться если что.
Хорошо хоть не все парни и не все девушки на факультете испытывали подобные эмоции к нашей паре.
Гермиона с недоумением на меня обернулась и с тревогой нахмурилась. А я как можно быстрее подскочил к ней, подхватил под руку и, опасливо оглядываясь, поволок мою невесту на завтрак в Большой зал.
— Гарри, ты чего? — растерянно спросила Гермиона.
— Нам, по-моему, даже в шутку ссориться нельзя. Сейчас у меня было такое ощущение, что меня съедят, а тебя… даже озвучивать не стану! — сердито прошипел я.
— Неужели всё так плохо? — лукаво улыбнулась она.
— Ещё хуже, чем ты думаешь, — мрачно ответил я. — Я тебе не рассказывал, чтобы не тревожить лишний раз, но прошлой весной на Саманту напали при очень странных обстоятельствах. И я подозреваю, что именно её внешность и красота стали причиной. В тот раз всё обошлось, но мне не хочется, чтобы с тобой случились такие же неприятности. Женщины и девушки очень мстительные и коварные существа, и ты об этом сама должна знать. Приревнует кто-нибудь меня к тебе… или наоборот… И сделает любую гадость, как в прошлом году было, когда с Живоглотом случились те несчастья. Сглазы и проклятия разные бывают, а я не хочу давать даже тени шанса на неприятности.
— Ну теперь-то я немного подготовлена к таким… «неприятностям»? Ведь и здесь, в Хогвартсе ты меня тренировал полгода, и все каникулы тоже, — напряжённо прокомментировала мои опасения она. — Ты не преувеличиваешь?
— Я даже преуменьшаю! А тренироваться мы и дальше продолжим. Идеал всё равно недостижим, но стремиться к нему нужно.
На мои обещания дальнейших тренировок, Гермиона лишь тоскливо вздохнула.
— Ко всему прочему я, кажется, придумал, как нам воспользоваться диадемой.
— И что ты придумал? — вздохнула она.
— Я буду действовать через твой разум своим отражением. Воспользуюсь твоим собственным усилением, используя тебя, как якорь, основу и реперную точку для манипуляций с собственным сознанием. Заодно я буду тебя учить всему тому, что знаю, но не так, как обычно, — немного грустно ответил я.
— Учить? Необычно? Это как? — оживилась моя девушка.
— Я открою тебе мою память…
Глава 18 Аластор Грюм
Переливающийся всеми оттенками синего контур диагностических чар в точности повторял силуэт и положение моего тела. А так как я сидел и изображал из себя пародию на индийского йога, то и магическая «голограмма» моего тела имела аналогичную позу.
Рассматривая структуру сети своих магоканалов, я сделал интересные для себя открытия и неоднозначные выводы. Всё дело в том, что мой метаморфизм и благоприобретённая к нему регенерация не совсем укладывались в моём понимании, и виной этому послужило недавнее ранение трансфигурированным осколком после посещения чемпионата по квиддичу.
Можно начать с того, что в том месте, где мне пробил плечо каменный клин, в энергетической картине присутствовали повреждения тонких линий моей магической системы. И хоть на физическом теле не осталось и следа, но вот в магическом…
Тонкие и дрожащие линии каналов в области ключицы были кое-где разорваны и хаотично перекручены, хоть я сейчас и наблюдал, как они самостоятельно пытаются соединиться и выправиться. Видимо, моё «тонкое» тело, сверяясь с встроенной памятью и шаблоном, пытается залечить повреждения и сделать как было, что ему сейчас не очень-то удачно удается.