— Фрерксен высокомерен? Никогда не замечал. Всегда усерден, приветлив.
— По отношению к вам.
— Не только ко мне. Но я понимаю, в Альтхольме не могут примириться с тем, что выпускник народной школы стал офицером полиции. Все вспоминают его отца, который вроде был здесь садовым работником.
— Лотошником.
— Вот видите. Об этом не забывают.
— Кое-кто стал и побольше, но по праву. А у Фрерксена нет этого права: ни по своим моральным, ни по деловым качествам он не годен в офицеры.
— Он отлично выполнял все возложенные на него задачи.
— По ровной дороге все мы ездить умеем. Погодите, начнутся ухабы, тогда посмотрим. Если сегодня на крестьянской демонстрации вы не сумеете…
— Крестьянской демонстрации не будет. Раймерса в центральной тюрьме больше нет, это я вам говорю конфиденциально. Сегодня в полдень я ухожу в отпуск.
— А кто вас будет замещать?
— Фрерксен.
— Что ж, тогда, господин бургомистр, могу сказать вам конфиденциально или не конфиденциально, что, несмотря на эвакуированного вами главаря, демонстрация состоится.
— Эвакуировал его Катценштайн. Это к слову. А «Хроника» не сообщит сегодня в полдень о том, что Раймерса здесь больше нет и что демонстрация теперь уже бесполезна?
— Во всяком случае Раймерс под арестом. А где — в Альтхольме или в Штольпе — безразлично, важно, что демонстрировать будут против самого этого факта. Такое мнение тоже имеется.
— Какая вам выгода от крестьян? Они же не ваши читатели. Да и как можно сочувствовать террористам, подбрасывающим бомбы?
— Можно все. Но пока еще ничем не доказано, что это сделали крестьяне.
Бургомистр, быстро, с теплотой: — Господин Штуфф, почему вы мне враг?
Штуфф, опешив: — Я вам не враг.
— Как же. И стали им давно. Я всегда уважал вас как человека, хотя мы и придерживаемся разных политических взглядов. Будьте же и вы справедливы. Скажите, что вы имеете против меня?
— Газетчики не имеют никакого отношения к справедливости. А против вас лично у меня ничего нет.
— Вы меня успокоили. — Бургомистр откинулся назад. — Давайте разберемся. Мне показалось, будто вы заранее убеждены, что я против демонстрации крестьян. Нет, я за нее, и не потому, что это крестьянская демонстрация, а потому, что это демонстрация вообще и у нас равные права для всех.
— Официально можно признавать одно, а неофициально делать другое. Отправка Раймерса…
— Осуществлена Катценштайном по указанию следственного отдела. Если я уговаривал Раймерса, то лишь с целью избавить его от применения силы.
— А письмо в «Фольксцайтунг»?
— Какое мне дело до «Фольксцайтунг»! Между прочим, вы не призадумались над этим письмом? Ведь для вожаков «Крестьянства» все сводится в конце концов к сделкам и деньгам.
— Письмо фальшивое.
— Вряд ли. Заявление газеты «Бауэрншафт» свидетельствует лишь о растерянности.
— Мы на все смотрим по-разному, даже в мелочах нет согласия, — говорит Штуфф.
— Можно расходиться в плане вещественном, если есть единство в человеческом, — отвечает бургомистр. — Я могу быть уверен, что вами не руководит личная неприязнь?
— Можете.
— Отлично! А какова будет позиция сегодняшней «Хроники»?
— Еще не знаю. Надо сперва поговорить с господином Шаббельтом.
— Шаббельтом! «Хроника» — это вы, господин Штуфф.
— Ошибаетесь, господин бургомистр. Но независимо от этого меня удивляет, что вы придаете столько значения «Хронике». Газете, в которой магистрат больше не хочет помещать свои объявления, потому что она слишком ничтожна!
— Не поэтому! Видит бог, не поэтому! Мы вынуждены экономить. Наши отцы города, ну, вы сами знаете… Экономия, экономия, экономия. В год это несколько тысяч марок. А «Хроника», что поделаешь, самая маленькая газета в городе. Очень сожалею, но ничего тут изменить не могу.
— Наш тираж семь тысяч сто шестьдесят. «Фольксцайтунг» выходит в Альтхольме лишь в пяти тысячах экземпляров.
— Ошибаетесь, господин Штуфф. В самом деле, ошибаетесь. Не пять, а девять тысяч!
— Позвольте дать вам совет, господин бургомистр: сходите как-нибудь днем, в полдвенадцатого, на Буршта, к их редакции, и посчитайте, сколько пакетов с «Фольксцайтунг» доставляет им грузовик из Штеттина. Говорю вам: пять тысяч, включая пропагандистские материалы.