— Бр, – встрепенулся Хэйдес.
— У тебя прям на лице написано, как ты рад слышать о родственнице Селин, – со смехом заметил папа.
— Ох, какое у меня лицо-то выразительное, – рассмеялся в ответ эстро. – Но да, как-то не слишком приятно узнать, о новоявленных родственниках.
— Как минимум, – усмехнулась мама, – она не имеет к тебе отношения. И то, что с ней будет – забота Марса и Теи. А не твоя или Селин. У вас своя стая, сформированная.
Мама была права. Хэйдеса новоявленная сестра его любимой не касалась ровно до того момента, пока она вела себя тихо и не чинила проблем его возлюбленной. В противном случае придётся объяснять, что нельзя по-хамски общаться с теми, кого альфа считает своей стаей.
Семья Яро вышла из здания аэропорта и направилась к закрытой стоянке, где оставили свой автомобиль ещё месяц назад, когда улетали на отдых. Родители ушли вперёд, а эстро «Риверы» чуть отстал, выискивая в ларьках у аэропорта для Селин букет посимпатичнее.
Хэйдес помнил их встречу так, словно она произошла вчера. Они встретились в колледже, на первом сентября. Стройная блондинка с длинными волосами, яркими выразительными голубыми глазами и мелодичным голосом захватила его внимание с первого короткого диалога. Элегантная, с королевской осанкой, до одури женственная и приятная. А когда её глаза полыхнули особым, золотым цветом, выдавая в ней гибрида, Яро-младший понял, что не сможет найти девушки лучше.
Он помнил, что Селин любила белые розы, но их, как назло, не было. Пришлось обойтись белоснежными лилиями, ярко-красными маками и странными цветами под названием эустома, которые Яро решил сделать «переходным цветом» и выкупил розовые. Смесь эта была крайне странной, но в то же время довольно красивой и величественной, как показалось Хэйдесу.
Сын вернулся к родителям, когда те погрузили чемоданы в автомобиль и о чём-то беседовали между собой. Стеша и Арон Яро, семья истинных эстро-гибридов, матриарх и патриарх стаи «Диаманто-Осто», которая уже порядка 20 лет держала лидерство в Броне, выбирая курс развития, передавая власть из поколения в поколения. Лидирующий в стране регион, первый в сфере образования и производства, центр развития бизнеса и сделок. Хэйдес был горд, что он – сын своих родителей.
Яро-младший приблизился к Стеше и Арону, слегка щурясь от яркого солнца.
— О, авторский букет? Отличный выбор, Хэйд, – улыбнулась Стеша Хэйдесу, оценив подарок для Селин. – Можно сфотографирую тебя с ним?
— Да, конечно, – кивнул юный альфа и попытался повернуть букет так, чтобы были видны все соцветия. – Так встать?
— Давай лучше вот так, – Стеша всё-таки совсем немного опустила букет, давая Хэйдесу больше пространства в кадре. – Отлично.
Щелчок камеры, и мама кивнула, отпуская сына. Юный альфа подошёл к матери и взглянул на экран. Ему нравилось то, что он видел: высокий, крепкого телосложения, со слегка загорелой кожей, карими глазами, унаследованными от матери, и тёмными, каштановыми волосами, которые он унаследовал от отца.
— Спасибо, милый, – улыбнулась Яро и приобняла сын за плечи, – отлично вышло.
— Скинь, пожалуйста, – Хэйдес одной рукой перехватил букет, а второй открыл дверь на заднее сиденье автомобиля, тем самым говоря родителям, что готов ехать.
Стеша кивнула и, возясь с телефоном, магией открыла себе дверь и села в машину. Арон последовал за семьёй и сел за руль.
— Домой заедем или сразу к Алларам? – уточнил он.
— Давай сразу к ним, – сказал альфа. – Домой всегда успеем, а вещи всё равно в багажнике.
— Только за шашлыком заедем, – кивнула Стеша. – Я Тее напишу, пусть ждут.
Индия
Вокруг неё танцевали тени, сплетаясь в сизую дымку, от которой резало глаза. Индия рефлекторно прикрыла веки и выдохнула, чувствуя касания теней к коже, она улыбалась теням. Они, жители другого, потустороннего мира, были здесь лишь гостями, шепчущими о своей смерти и судьбе. Кто-то ушёл за грань не по своей воле, кто-то умер от старости. Но всему своё время, всему свой черёд.
Они говорили с ней, делясь своими историями и своей болью, освобождались от груза, чтобы с её выдохом покинуть мир живых, обретя покой. Она – их проводница, их спасение и помощница, провожающая в последний путь и дающая успокоение. То, чего так часто не хватало им при жизни.
Индия мягко выдохнула и, подняв руку, сдула с ладони невидимый ни для кого прах духа, осевший на её коже. Стриго ощутила приближение альфы по слабым вибрациям в воздухе. Ей нос ударил запах кипариса и шалфея.
Ведьма открыла глаза, провожая пустым взглядом тень, растворяющуюся в лучах вечернего солнца.