Хлоп! Летящий сверху кирпич не попал на мою голову по чистой случайности, с треском разбившись прямо за моей спиной. Видимо, сработало незапланированное ускорение, изменившее наше движение после обнаружения афиши. Вот так спасительный маневр! Интересно, а что было бы, если бы кирпич постарался и нашёл-таки свою цель? Я бы умер или нет? Как насчёт покушений в призрачном мире иллюзий и сновидений?
Второй кирпич, фамильярно шаркнувший меня по спине, отбил всякую охоту к философии, зато придал нам максимально возможную скорость.
Мы резво рванули вперёд, старательно держась посреди улицы, благо машин на ней не было.
- И как это понимать?! - прокричал я на ходу, скашивая глаза в сторону скользившего рядом кота. Тот покрывал расстояние длинными затяжными прыжками, переносившими его белоснежное тело с грацией летящего привидения. - Это так положено? Для остроты ощущений?!
- Нет! Не положено! - взвыл тот в ответ, успевая вставлять короткие фразы между отдельными скачками. - Не понимаю! - Прыжок. - Этого не должно быть! - Прыжок. - Может быть, это хойши? Самолично? – Прыжок, прыжок. - Или кто-то действует через них?
- Нарушают?! Получается, что так! - на душе сделалось паскудно. - И что делать???
- Бежать!!! - в один голос выдохнули мне кот и не отстававший ни на шаг Фастгул'х.
«Что ж, резонно!» - успел подумать я и, повернувши за угол, врезался в проходившую по соседней улице разномастную демонстрацию. Не успев затормозить, мы с разбегу вклинились в строй и увязли в плотной толпе.
«Да здравствует Баба Ядвига - самый демократичный кандидат в президенты - целительница и гражданин!» - гласил ближайший плакат, который несла зеленоволосая группа юных уродливых созданий, с большой натяжкой именуемых «девушками». Что ж, я был совершенно согласен с таким руководством, достойным во всех отношениях. «А ты записался в ряды Соррнорма?!» - гневно вопрошал следующий транспарант. Эта надпись привнесла сумбур и тревогу, уж больно она соответствовала животрепещущей актуальности негостеприимного города. Я постарался хоть чуть-чуть притормозить, насколько это было возможно во всеобщем одержимом шествии, толкая коленом кота и утягивая за собой мальчишку, протискиваясь и протискиваясь через телесную реку. Кругом заволновались и недовольно зашикали, с ощутимым трудом пропуская нас дальше. Хозяин гневного лозунга оглянулся нам вслед, - лицо того же Мавул'ха! - я охнул и ускорился, забыв о вежливости и осторожности, топча кому-то ноги и пихаясь локтями, плечами и всеми применимыми в этой нелёгкой ситуации частями тела. Не было сил даже оглянуться назад, - идут ли мои спутники? - но по дружному пыхтению и сопутствующим ругательствам понимал - идут! Давайте, родные! На прорыв! А то сейчас как повалятся кирпичи с неба или ещё чего похлеще!!!
Кирпичной россыпи не последовало, но впереди завизжали тормоза, народ занервничал, начал неорганизованно тормозить, давя соседей спинами, качая дрогнувшими транспарантами и флагами, вытягивая шеи и взывая - а что там???
С краю было чуть посвободнее, и нам удалось вывалиться наружу - из последних сил, в последний момент, лицом в чистый, нетоптаный снег. Мы облегчённо вздохнули. Оказалось - преждевременно.
Раздалась неожиданная автоматная очередь, сухо беспристрастная и торопливая. Толпа запаниковала, визжа и ругаясь, неповоротливо принялась рассредотачиваться, неся потери в виде брошенных лозунгов и распростёртых тел.
В соседнюю подворотню без оглядки улепётывал благовоспитанный ухоженный мужчина - по внешнему виду какой-нибудь директор фабрики или налоговый инспектор. На его нешироком плече покоилось древко очередного призыва, который он даже в такой ситуации, по неистребимой своей хозяйственной жилке не мог, просто был не в состоянии халатно бросить. «Гуси - наши братья по разуму! Так говорил великий Пётр!» - удивлённо успел прочесть я перед тем, как бегущая фигура скрылась в зеве арочного проёма.
- За ним! - коротко выдохнул я, выхватывая своих сотоварищей из остаточного хаоса не успевшей разбежаться демонстрации. Мы устремились за новым зыбким маячком, в последний момент отмечая несколько целенаправленных, нестандартно спокойных фигур, слаженно собранных и набирающих скорость. Они ловко обтекали бестолково метавшихся людей, в отличие от них имея явную цель, к которой они и шли с максимально возможным усердием. И этой целью были мы.