- А уж нам-то там как было весело! - хмыкнул я, укоризненно оглядываясь на Горыновича.
- Вот, вот. Мы и сами потом поняли, что дело плохо, - согласился Враххильдорст. - Скажи спасибо Окафе - она первая начала беспокоиться.
- Это когда Василий протянутым ему же башмаком тебя по голове стукнул? - деликатно подсказал дофресту Горынович. Девушка же тактично промолчала. - Да, тогда я и решил подсунуть тебе что-нибудь посущественнее.
- И кому пришла гениальная идея вручить мне коготь? - вежливо осведомился я, на самом деле, удивленно сознавая, что появление Ишк'йятты там каким-то образом связано с манипуляциями оставшихся в бодрствовании наших друзей здесь.
Окафа хихикнула, Зорр уставился на Враххильдорста. Они дружно выдохнули и разом повернулись к Иичену.
- Это он, - растерянно проговорил Горынович. - Он сам к нам подошёл и что-то пробубнил, не помню, что.
- Иичену иуээлот, - вспомнил я надпись на фанерной двери, выведшей нас из страны сновидений.
- Точно! - подхватил Зорр, тыкнув в мою сторону пальцем. - Именно так он и сказал. А ты откуда знаешь? Вобщем, он потом стал отряхиваться и клювом чесаться, пока мы не поняли, что он хочет снять с себя коготь. Вот тогда и пришла идея дать тебе его в руку. Ты сразу же успокоился и сладко захрапел.
- А коготочек-то из твоей ладони взял, да и исчез, - торжественно подытожил дофрест. - Полностью, вплоть до шнурка.
- Мы видели великую Ишк'йятту! - произнёс я. - Она внезапно появилась и так же внезапно пропала, оставив в своём следе прилипший коготь - вот этот самый. Если бы не он, нам ни за что не удалось бы вернуть Фастгул'ха.
- Что ж, может быть, это и была самая настоящая Ишк'йятта, - задумчиво согласился Горынович.
- Получается, что Фастгул'х смог вернуться только благодаря всеобщим усилиям, начиная от Иичену - весьма конкретного и простого - и заканчивая Ишк'йяттой - великой и непостижимой. Даже Троян Модестович объявился собственной утонченной персоной. Между прочим, - я хитро смерил Враххильдорста оценивающим взглядом, собираясь пошутить, но с каждым мгновением понимая, что и в этой шутке может оказаться неоспоримая доля правды, - за нами по завершающему маршруту топала весьма примечательная особа - крыса, которая внесла свой важный вклад в наше спасение. Оч-чень напоминала тебя.
- Хорошо хоть не мокрица или таракан, - вздохнул тот, не соглашаясь, но, впрочем, и не отрицая сию любопытную версию. - Главное, что помогла, а кто это был на самом деле и был ли - какая теперь разница? Мы вместе! И пусть хойши хоть подавятся друг другом, но вы-то здесь!
- Да, кстати, об этом! - встрепенулся я. - Сны!!! Я же видел потом разные сны. В них фигурировал хойш, который активно меня преследовал. Теперь всегда так будет, или как? Нормальный сон мне больше уже и не посмотреть?
- А что значит в твоём понимании «нормальный сон»? - вдруг оживился до этого молчавший Иллас Клааэн. - Полубредовое отрывочное состояние, нагромождение полустертых лиц и событий, исчезающее через пять минут после окончательного разлепления глаз? И ради этого стоит ложиться в кровать и существовать длительное время в виде аморфного тела? Для нас, каттов, сон - это плавное продолжение жизни, дающее величайшие возможности для решения сложнейших задач, неразрешимых в этом мире. Вот, например, у тебя, Василий, есть враги! - я молча кивнул. - Встреться с ними сначала во сне - и они не смогут от тебя скрыться: ты узнаешь их слабые места и нелицеприятные особенности. Используй эти возможности во благо, и ты победишь их здесь!
- Мысль, конечно, интересная, - я задумался. - А как насчет смертельных исходов?
- Хм. Если боишься, то считай, что ты уже проиграл. Да и чего тебе бояться? - он улыбнулся. - Ты не раз доказал, что тебя не так-то просто убить. Настоящему воину должно быть всё равно, умрёт он или нет. Спокойствие духа порождает неуязвимость тела. Будь спокоен - и твоя смерть будет ждать тебя бесконечно долго. Не суетись - и ты везде и всегда успеешь, твоя судьба окажется не менее терпеливой особой.
- Ну, прямо напутствие героя, отправляемого на ратный подвиг. Остается только применить его практически, не получив пулю в лоб или камнем по затылку. Когда выходим-то?