- Ого! Вот так кино!!! - на минуту позабыв обо всем на свете, воскликнул я. - Динозавр!
- Архиороптер, - поправил грольх, благосклонно наблюдая мой восторг. - Умнейшие были твари, но правили тогда не они.
- Так это… это?.. - я не находил слов. Зачаточный историк во мне тотчас высунул любопытную голову и зачарованно взирал на доисторическое существо. – Машина времени?
- Не совсем чтобы именно это, но может очень и очень многое. «Видеотека -просто супер!» - как сказал когда-то один из теперешних жильцов стабба перед... неважно. Вобщем, давай пользуйся!
Он уступил мне место, спрыгнув с постамента и небрежно отодвинув его то ли взглядом, то ли мановением руки. Вот вам и маленький да удаленький!
- Этими кнопками набираешь время, этими - место. Участки на карте можно посмотреть, повернув вот этот рычажок. Можно даже набрать просто название или понятие - да хоть имя! - и посмотреть, как же было на самом деле… Хотя ты ведь не пишешь на древнем сунде, а язык хонов добавить в основной словарь мне как-то было недосуг. Не было прецедента. Или претендента, - многозначительность съехала в разочарованную усмешку: что ж, не удалось похвастаться по полной программе. - Ладно, осваивай! Забавляйся… пока.
- Хм, древний сунд. Я и на современном не то что писать-читать, а и говорить-то не умею, - хмыкнул я. А машинка действительно просто класс!!! Вот бы в наш институт такую! Тьфу, сам сижу под землей у грольхов, а думаю про институт, который и существует-то сейчас только в моей памяти. Да и зачем дафэну институт? Эта мысль развеселила меня несказанно, прошлая жизнь показалась смешной и бесполезной. Я и рассмеялся под сопровождающее недоумение Ра-Хора:
- Какой я раньше был забавный…
- Ну-ну, - повел рыбьими глазами грольх. - Каждый хон считает, что становится взрослым в тот день, когда он впервые сможет посмеяться по-настоящему над самим собой. Что ж, поздравляю, ты окончательно утратил состояние юности.
- Что ж, - передразнил я его. - Значит, я утратил это зыбко-розовое состояние давным-давно, и с каждым днём мне становится всё смешнее и смешнее.
Ра-Хор лишь молча пожал плечами, вздохнул и произнёс:
- Никто, наверное, не ощущает, как утекает молодость, но всякий чувствует, когда она уходит окончательно.
Странно было слышать человеческие суждения от этого совершенно чуждого существа.
На экране архиороптер уже скучающе, буднично глядя в нашу сторону, начал что-то пережевывать и обмяк головою вниз в лиственную гущу, неспешно двинулся вбок, распространяя зелёные волны, вспугивая птиц и кого-то невидимого, истошно орущего в глубине.
- Так что там случилось с динозаврами? – проговорил я, чтобы только не молчать. - Говорите, правил бал не этот лоснящийся красавец?
- Куда ему… Нашлись поменьше, пошустрее и не такие прожорливые. Вот смотри! - Ра-Хор опять заскочил на пьедестал, услужливо подставивший ему спину. - Шегарши! Юркие проныры! - на экране возник движущийся силуэт ящера, расправлявшего кожистые крылья. - Многие тысячелетия правили они, и ведь слушались их беспрекословно. А и попробовали бы не послушаться!
- Шаг в сторону - расстрел?
- Телепатический, - кивнул грольх. - Разумные были твари, обладали недюжинным умом и паранормальными способностями. Отточили всеобщий жизненный процесс до слаженного единого организма, рождавшегося, дышавшего и умиравшего под их дудку. Дошли со временем до того, что, достигнув мыслительного совершенства, и сами переместились в пространство мыслей и образов со всеми своими потрохами. Туда им и дорога!..
- Что, чем-то не угодили?
- А мне-то что! Вот подопечным их пришлось трудно.
- Скажете, что они без них вымерли.
- Смешно, да? Ну-ну!
Он не успел договорить.
Шагах в десяти от нас материализовался дверной проем. Из него выскочил грольх с выпученными то ли от страха, то ли от усердия глазами и бросился к Ра-Хору, опомнившись и затормозив почти вплотную к нему, отступил на почтительное расстояние, где и замер, напрягши лоб и молитвенно сжав руки.