— И кому пришла гениальная идея вручить мне коготь? — вежливо осведомился я, на самом деле, удивленно сознавая, что появление Ишк'йятты там каким-то образом связано с манипуляциями оставшихся в бодрствовании наших друзей здесь.
Окафа хихикнула, Зорр уставился на Враххильдорста. Они дружно выдохнули и разом повернулись к Иичену.
— Это он, — растерянно проговорил Горынович. — Он сам к нам подошёл и что-то пробубнил, не помню, что.
— Иичену иуээлот, — вспомнил я надпись на фанерной двери, выведшей нас из страны сновидений.
— Точно! — подхватил Зорр, тыкнув в мою сторону пальцем. — Именно так он и сказал. А ты откуда знаешь? Вобщем, он потом стал отряхиваться и клювом чесаться, пока мы не поняли, что он хочет снять с себя коготь. Вот тогда и пришла идея дать тебе его в руку. Ты сразу же успокоился и сладко захрапел.
— А коготочек-то из твоей ладони взял, да и исчез, — торжественно подытожил дофрест. — Полностью, вплоть до шнурка.
— Мы видели великую Ишк'йятту! — произнёс я. — Она внезапно появилась и так же внезапно пропала, оставив в своём следе прилипший коготь — вот этот самый. Если бы не он, нам ни за что не удалось бы вернуть Фастгул'ха.
— Что ж, может быть, это и была самая настоящая Ишк'йятта, — задумчиво согласился Горынович.
— Получается, что Фастгул'х смог вернуться только благодаря всеобщим усилиям, начиная от Иичену — весьма конкретного и простого — и заканчивая Ишк'йяттой — великой и непостижимой. Даже Троян Модестович объявился собственной утонченной персоной. Между прочим, — я хитро смерил Враххильдорста оценивающим взглядом, собираясь пошутить, но с каждым мгновением понимая, что и в этой шутке может оказаться неоспоримая доля правды, — за нами по завершающему маршруту топала весьма примечательная особа — крыса, которая внесла свой важный вклад в наше спасение. Оч-чень напоминала тебя.
— Хорошо хоть не мокрица или таракан, — вздохнул тот, не соглашаясь, но, впрочем, и не отрицая сию любопытную версию. — Главное, что помогла, а кто это был на самом деле и был ли — какая теперь разница? Мы вместе! И пусть хойши хоть подавятся друг другом, но вы-то здесь!
— Да, кстати, об этом! — встрепенулся я. — Сны!!! Я же видел потом разные сны. В них фигурировал хойш, который активно меня преследовал. Теперь всегда так будет, или как? Нормальный сон мне больше уже и не посмотреть?
— А что значит в твоём понимании «нормальный сон»? — вдруг оживился до этого молчавший Иллас Клааэн. — Полубредовое отрывочное состояние, нагромождение полустертых лиц и событий, исчезающее через пять минут после окончательного разлепления глаз? И ради этого стоит ложиться в кровать и существовать длительное время в виде аморфного тела? Для нас, каттов, сон — это плавное продолжение жизни, дающее величайшие возможности для решения сложнейших задач, неразрешимых в этом мире. Вот, например, у тебя, Василий, есть враги! — я молча кивнул. — Встреться с ними сначала во сне — и они не смогут от тебя скрыться: ты узнаешь их слабые места и нелицеприятные особенности. Используй эти возможности во благо, и ты победишь их здесь!
— Мысль, конечно, интересная, — я задумался. — А как насчет смертельных исходов?
— Хм. Если боишься, то считай, что ты уже проиграл. Да и чего тебе бояться? — он улыбнулся. — Ты не раз доказал, что тебя не так-то просто убить. Настоящему воину должно быть всё равно, умрёт он или нет. Спокойствие духа порождает неуязвимость тела. Будь спокоен — и твоя смерть будет ждать тебя бесконечно долго. Не суетись — и ты везде и всегда успеешь, твоя судьба окажется не менее терпеливой особой.
— Ну, прямо напутствие героя, отправляемого на ратный подвиг. Остается только применить его практически, не получив пулю в лоб или камнем по затылку. Когда выходим-то?
— Сейчас! — невозмутимо изрёк Иллас Клааэн. При этом он не смотрел ни на часы, ни на созвездия.
— Почему сейчас-то? — недоуменно переспросил я, озадаченно оглядываясь на замерших друзей.
— А потому, что ты об этом спросил! — недовольно пробурчал Враххильдорст, с сожалением рассматривая содержимое своей наполовину полной тарелки. — Эх, доесть не успел! И кто тебя за язык-то тянул?..
— Да нет, время он выбрал весьма правильное, — возразил катт. — В самый раз.
— Так скоро ведь ночь? — возразил я.
— Ну и что. Мне показалось, ты выспался, — усмехнулся Иллас Клааэн. — А темнота — не помеха: дадим вам переносные светляриусы, и пойдёте, как по центральной улице. Из ущелья выйдете, а там и полететь сможете — будет где хийсу крылья развернуть. Малыш-вулф поправился, а иича спеленаете и прикрутите кульком сверху.