— Как я её понимаю! — фыркнул я.
— Да дело-то, вобщем, не в ней. Если судьба, так и Змей бы ей приглянулся, — отмахнулся Зорр. — Дело во мне. Как только моя звериная половина попритихла, и я огляделся вокруг человеческими глазами, в полную силу, неспешно и обстоятельно — тут-то и начались настоящие метаморфозы. Оказалось, что сей непритязательный взгляд на мир таит в себе массу достоинств. Может быть, я и потерял что-то — немного немеряной силы, а и чего по ней грустить-то, коли она не меряна (он улыбнулся), немного звериного чутья, немного быстроты реакции, — но я стал воспринимать мир и живущих в нём существ по-иному: более глубоко, мудро и контролируемо. А самое главное, я понял, наконец, что такое любовь.
Баба Яга хмыкнула и отвернулась.
— Да-да! — настойчиво продолжал Горынович. — Не страстное желание обладать молодой, призывно пахнущей самкой, следуя неистребимому зову тела или весеннему полёту. Нет. Совсем другое. Я понял, что можно связать свою жизнь с любимой женщиной, одной, единственной, и оставаться счастливым рядом с ней. И только с ней. До самого конца.
— И ты считаешь, что Альбина годится на эту ответственную роль? — иронично поинтересовалась Ядвига Балтазаровна. — По-моему, ты и пяти минут не думал…
— Это у тебя к ней личное. А вот если бы ты посмотрела на неё непредвзятым взглядом — не как на нелюбимую сестру любимого внука, — то заметила, что девушка просто немного запуталась, неправильно была воспитана в детстве и так далее. Не всем же повезло, как Петюне — к тебе на гусях на стажировку летать, да ещё и с малых лет.
— Ну-ну, флаг тебе в руки, или что там, Вася, выдают упорным и решительным?
— А я, как человеческий представитель, считаю, что в Альбине что-то есть! — неожиданно для себя возразил я. — В смысле, не всякие там ноги и ресницы, — это тоже само собой разумеется — а некая чистота и откровенность внутри. Так что я — «за»! Полностью и бесповоротно. Дерзай, Змеюка, и пусть тебе повезёт, как великому Рэйвильрайдерсу!
— Ну вот, осталось только уговорить девушку, — рассмеялся он. — Ладно, вернёмся от Оллисса Ушранша, и там видно будет. Итак, спать пора, уснул вулфчок, лёг тихонько на бочок, да и за окном уже светает. Пойду перед сном воздухом подышу, разомну крылья… Может, Эшха встречу.
Собеседники мои разошлись кто куда: Зорр — на свежий воздух, баба Яга — на печку к Петюне и Враххильдорсту. Я же задумчиво допивал остывший чай — из головы упорно не шёл голос Змея Горыновича: «…пресветлая Королева выходит замуж». Интересно, за кого? Что, у бедной девушки и выбора даже нет? Принуждают, так сказать, в политических интересах. А кто выдаёт-то, если Королева и есть самая что ни есть высшая власть?
Тут мой взгляд упал на одиноко лежащую книгу, ту, которую лешайр с дофрастом обозвали книгой мировых перемен. Как она здесь оказалась, ведь её вроде бы уносили куда-то за печку?
Я огляделся вокруг — испросить совета, как, впрочем, в большинстве случаев, было не у кого.
Книга ждала меня на подоконнике, какая-то уж очень призывная в своей тактичной ненавязчивости. В одно мгновение мне даже показалось, что старая потёртая кожа на обложке и металлические застежки мерцают чуть заметным, неярким светом.
Что толку в неудовлетворенном любопытстве? Говорят, что от него и заболеть недолго. Решение, как учат самураи, надо принимать за семь ударов сердца, а потом уже больше не думать и не сомневаться. Решившись, я взял себя в руки и бодро подвёл к окну, не останавливаясь и не раздумывая схватил книгу и вернулся назад. Она была очень тяжелая и горячая. Застежки открылись подозрительно легко, и фолиант тут же пружиняще распахнулся. Замелькали, как будто гонимые ветром, листы. Наконец, замерли, остановившись на странице номер сто восемь. Шрифт опять был непонятен, но я вдруг, по примеру бабы Яги, медленно провел над ним ладонью — буковки тотчас же заменились на привычные.
Кругом стояла мёртвая тишина. Даже Петя с дофрестом перестали храпеть и ворочаться.
Я наклонился над раскрытой книгой и тут же увидел знакомое словосочетание: «Пресветлая Королева…». Забыв про всё на свете, я погрузился в чтение.
«Пресветлая Королева приходит ниоткуда и уходит в никуда. Она есть высший смысл и высший выбор. Её совет и решение могут изменить ход истории не только целых государств, но и всей планеты в целом.
Королева является в мир маленьким ребёнком. В этом есть великая необходимость и таинство, ибо взрослея, она впитывает в себя мудрость мира — такого, каким он существует на данный момент. Это даёт ей возможность ответить на любые насущные вопросы. Но нужно беречь её, пока она уязвима и ещё не достигла возраста свершений, ибо до него Королеву можно обмануть и даже убить.