- А с ней пока ничего не ясно. Во дворце она не появлялась, у своей подруги тоже, - Лаас Агфайя сейчас при Королеве. Я вчера ещё разговаривал с ней, в милой приватной манере за бокалом шипучего солса.
Ядвига Балтазаровна иронично усмехнулась, прикрывая улыбку нависающим длинным носом. Я подался вперёд - беседа вошла в интересующее меня русло.
- И? Что говорит Агфайя? Как дела во дворце? Как себя чувствует Королева?! О чём думает? Чем живет?.. Как?.. Что?.. Почему?.. Да как?.. Да сколько?.. И снова как?..
Я сыпал вопросами, а брови Горыновича медленно, но верно ползли вверх. Подперев щёку рукой он сидел и внимательно смотрел на меня, задумавшись основательно и надолго. Потом спросил, обращаясь то ли ко мне, то ли к бабе Яге:
- Я так и не понял, про кого начинать в первую очередь. А может, я что-то упустил раньше? В конце концов, зачем тебе, Василий, нужна Агфайя? Мало, что ли, тебе неприятностей? И, тем более, причем здесь сама Королева?!
За меня ответила Ядвига Балтазаровна:
- Это же очевидно, как ветки на дереве: Агфайя ему прапрабабка, а Королева… Королеву он осмелился назвать любимой девушкой. Я правильно излагаю, Василий?
Я лишь молча пожал плечами – ни убавить, ни прибавить - и кивнул.
Зорр потрясённо развёл руками, налил себе остатки из графина прямо в чайную чашку, одним махом выпил, дохнул и неспешно подкрутил себе усы.
- Вот это раскла-а-ад, - медленно протянул он, вздохнув как после долгого бега. - Это вам не партию в экт сыграть. Да-а-а, дела-а… Классические дворцовые выкрутасы!
- И что ты заладил? Только пугаешь парня. Делов-то тут на пару чашек чая, - заворчала баба Яга. - Подумаешь, дворец. Что мы дворцов что ли не видали? Сейчас метлу принесу, рукой махну, молодецки присвистну да притопну, как пойдут клочки по закоулочкам, и здесь тоже будет не хуже. Со всеми вытекающими последствиями – выкрутасами, как ты их называешь. Дело-то не в этом.
- А в чём? - подключился я.
- А в том, что великая Диллинь Дархаэлла собирается выходить замуж, - вдруг отозвался Зорр. Он как-то странно глянул на меня и поправился. - Впрочем, не она собирается, а её подталкивают к этому весьма тривиальным способом: как обычно - уговоры, интриги, обман, скрытые угрозы и лесть. Как ни крути, она ещё очень и очень молода, наша пресветлая Королева…
3
- С кандидатурой жениха пока полная конспирация. Да-да, не объявлена. Кто сей счастливец - пока не знает никто. Даже я, - тут Зорр усмехнулся, за ним хмыкнула и Ядвига Балтазаровна, но явно с другим подтекстом. - Так что погоди пока локти-то кусать, пожалей свой юный организм. Я и сам узнал об этом только вчера, да ещё и под кодовым названием «сплетня». Суета, шушуканье, полный декаданс. Неразбериха во дворце сейчас нешуточная. Первая эйфория по поводу возвращения её величества прошла стремительно быстро. Быть может за пределами Ульдроэля и продолжается всеобщее ликование…
- Ульдроэля? - переспросил я.
- Так называется королевский дворец. Место весьма примечательное во всех отношениях. К нему невозможно подойти незамеченным - оно, как бы точнее выразиться, обладает самостоятельным разумом, никому не подчиненным, кроме одной лишь Королевы. Только она может давать ему указания кого допускать внутрь, а кого нет. Естественно, она не дежурит у ворот, это и дараину понятно. Ульдроэль и сам прекрасно знает своих постоянных жителей, так сказать, в лицо. К тому же, существуют специальные пропуска разных категорий дальности и вольности прохождения: для сильса отдельно, для кикиморры отдельно. Вот, например, смотри! - Зорр вытянул вперёд руку, украшенную массивным перстнем с матовым камнем, на котором был выгравирован геометрический знак. - Могу свободно явиться даже к Советнику Хроссу, правда, с предварительной нудной церемонией объявления всех моих титулов, регалий, званий и «приятного» ожидания в гостиной.
- А если отнимут? - поинтересовался я, разглядывая занятную вещицу.
- Зачем? - не понял Горынович. - Кольцо именное, настроено только на меня, как и остальные высочайшие пропуска. Хоть в узел завяжись - не пройдёшь. Даже в моём кармане, за щекой или в желудке.