Никки была в таком прекрасном настроении, что, заметив в другом конце кафетерия Терри Уолкер, которая общалась с небольшой группой людей, она почувствовала желание подойти к ней и поздороваться. Впрочем, это была не очень хорошая мысль, учитывая присутствие Спенса; а кроме того, на самом деле Никки не очень хотелось оказывать поддержку этой женщине именно теперь — возможно, просто потому, что она еще не оправилась от испуга, через который им пришлось пройти вместе с Заком; а возможно, причина крылась в том, что на нее начала наваливаться ужасная усталость.
Было утро понедельника, примерно половина одиннадцатого, когда секретарь мистера Пирса позвонила Никки на мобильный. Никки гладила крошечные маечки Зака (она просто обожала это занятие), но, когда она поняла, кто звонит, отложила утюг и закрыла глаза, собираясь с духом, чтобы выслушать результаты анализа крови. «Боже, прошу Тебя, пусть все, все будет хорошо».
— Я звоню вам, — объяснила секретарь, — потому что мистер Пирс хотел бы поговорить с вами и вашим мужем.
Сердце Никки на мгновение замерло.
— Что-то не так? — спросила она охрипшим от дурного предчувствия голосом.
— К сожалению, я не знаю предмета разговора, — ответила секретарь, — вам придется спросить у мистера Пирса.
— Но речь пойдет о результатах анализов Зака? — не сдавалась Никки. Голова гудела и кружилась от страха, и ее слова походили на листья, кружащие в неистовой буре.
— Доктор вам все объяснит, я звоню, просто чтобы записать вас на прием.
Никки стало плохо; она отчаянно пыталась заставить себя думать. Спенс в Лондоне, а она — здесь. Она может пойти одна? Она хочет этого?
— Насколько это срочно? — удалось ей наконец выдавить из себя.
— Думаю, доктор хотел бы встретиться с вами на этой неделе, — ответила секретарь.
Внутри у Никки все перевернулось, а рука поднялась и зажала рот, чтобы сдержать крик. Так скоро? Они, должно быть, нашли в глазу Зака опухоль. Он ослепнет? Им придется оперировать его мозг?
— Спенсера сейчас нет в городе, — услышала Никки собственный голос. — Могу я… Можно, я возьму с собой кого-нибудь еще? — Миссис А. обязательно согласится, если она ее попросит.
— Думаю, мистер Пирс хотел бы встретиться лично с вами обоими.
Никки заставила себя оставаться спокойной, но это было трудно, почти невозможно.
— Э-э… гм, мне нужно спросить у него. Я вам перезвоню, — сказала она.
— Хорошо. Тогда я продиктую вам наш прямой номер.
Записав его такими каракулями, что она с трудом признала в них собственный почерк, Никки спросила:
— Не могли бы вы сказать мне, когда мистер Пирс будет свободен? — Если бы она смогла назвать Спенсу точные день и время, он бы постарался изменить расписание и приехать к врачу в назначенный час.
— Могу предложить вам прийти завтра, в два тридцать, — ответила секретарь, — или в четверг, в четыре.
Значит, все не так уж и плохо, если они предлагают ей прийти в четверг, попыталась убедить себя Никки. Они не собирались немедленно тащить его в больницу и класть на операцию. Впрочем, она понимала, что сойдет с ума, если ей придется ждать так долго.
— Вы можете записать нас на завтра? — спросила она. Чем бы сейчас ни занимался Спенс, ему придется отложить это. Зак должен быть на первом месте.
Спенс даже не колебался, когда Никки сообщила ему о записи к врачу.
— Конечно, — согласился он; похоже, он был напуган не меньше. — Без вопросов. Они хотя бы намекнули тебе, что показали результаты?
— Нет, она сказала, что нам нужно поговорить с врачом. — Никки прижала руку ко рту и посмотрела на Зака. — О боже, Спенс, что, если…
— Не думай ни о чем! — закричал Спенс. — Давай просто подождем и послушаем, что он скажет.
— Если бы это было что-нибудь серьезное, то он сказал бы нам приезжать немедленно, правда? — спросила Никки; она хваталась за любую возможность успокоиться.
— Определенно, — уверенно ответил Спенс.
— Вообще-то, секретарь даже не сказала взять Зака с собой. Так что, возможно, мы просто что-то неправильно делаем, и доктор хочет дать нам совет.
Хотя Спенс, похоже, не поверил ей, но сказал:
— Возможно; но думаю, нам все равно нужно взять его с собой. Кто позаботится о нем, когда нас не будет?
— Я не имела в виду, что следует оставить его здесь; просто, раз они не сказали, что хотят видеть ребенка… — Никки хваталась за соломинку, но та уже растворялась в воздухе. — Когда ты сможешь приехать? — дрожащим голосом спросила она.