Глава 2. Падать с крыльями тоже больно
Ааааа!
На разные лады. Плач тысяч, нет миллионов младенцев. Унылое а-а-а на разные голоса. Только это.
Во тьме включили свет. Черное стало серым, серое перешло в белое. Появились силуэты с крылышками. Кто бы мог подумать! Галдеж ангелов напоминал размеренные стенания: одна тягучая нота, то затухала, то рождалась вновь.
Просыпаешься из ниоткуда, вот такое происходит сейчас и с Неф. Она выбирается из-под одеяла, ищет ногами тапки. Не находит, нервно взмахивает руками и теряет их. Так происходит снова и снова. Неф просыпается и не желает просыпаться сюда.
Клубок призрачных теней шуршит и орет свое “а-а-а”.
Молитвенно?
Почему Неф думает о молитве? Она не хочет молиться этому явлению без объяснений и намека на веру. Заставят что ли?
Умерла и довольно.
Не находит тапки, шарит ногами по полу. Нога пихает шерстяной теплый бок кота. Тот недовольно мявкает. Неф наклоняется, гладит его тупую голову. Уши зверя пружинят под ладошкой. Расправляются с хрустом. Кот уходит на кухню, явно зовя её за собой.
Неф отрывает голову от подушки. Звонил телефон? Экран черный, она жмет на кнопку сбоку. Тот вспыхивает - на зеленых листьях заставки горят непонятные значки. Не цифры. Путаница палочек и кругляшков. И как теперь узнать время?
Время прошло.
Надя задумалась. Под сатиновой простынью её тело набирает ненужную силу. Трахаться и рожать. Рожать и трахать. Она щупает грудь, распухшие соски, пальцы скользят к лобку, в волосяное межножье. Там привычно чуть влажно. Зачем? Похоть, запреты, стыд и страдания. Во тьме и под простыней она позволяет себе все, ведь это она, это всё её. Крупица удовольствия. Глаза закрыты, но фантазия бурлит образами: торсы мускулистых парней в очереди за почестями от ее ракушки с жемчужиной.
Неф просыпается. Еще рано, темно и не понятно зачем она проснулась. Дикая мысль, что она умерла, кажется здесь, в кровати под простыней, смешной и далекой. Она приподнимается на локте, переворачивает подушку, чтобы другая сторона охладила горящие щеки. Да. Она опять видела сон, и там был он - Иржи! Хотя. Что ещё за имя? Не Иржи! Саша!