– Про возраст ни слова. Про дорогущий тоже. Или у нас не НК?
– Ну, раз так дело пошло, – говорит Федоровна. – Тогда я, как в доброе старое время, накрываю стол и попробуйте, откажитесь.
И она открывает свой металлический шкаф, вытаскивает коньяк и уже готовые нарезки.
– Я предупреждала. Сами виноваты. И Альке:
– Зови своего финансового директора. Это мы с ней хотели отметить. И не думайте отказываться. А ты что стоишь, студент?
– Я вас тоже поздравляю, Елена Федоровна, – говорит Юрик. – Ну и пойду. Рано мне еще с начальством коньяки распивать.
– Молодец, студент. В делах производства главное уметь держать дистанцию. Всему свое время.
11
А мы и не думали отказываться, тем более что Алька была без своего задрипанного Опеля. Мы сдвинули рабочие столы, расставили закуску и тарелочки и, по словам Федоровны, «как в доброе советское время», приступили к торжеству. Первый тост за именинницу, второй за детей и внуков, а третий за СССР.
– Не знаю, – говорит Федоровна. – как вы к этому тосту относитесь. Но я без него не могу, а вы у меня на дне рождения.
Мы с ней согласились, что тост того стоит.
– Нет, а вот вы скажите мне, – говорит, слегка захмелев, Федоровна. – А ведь веселей жили. Веселее и спокойнее. Людьми себя чувствовали.
– Ну, мы-то детьми были, не вполне это ощущали.
– Зарплата, или как сейчас говорят доход, у меня был меньше. Тут я не спорю, но спокойнее жили. Садовое товарищество, участок, домик, купили с мужем «копейку». Мы ее сразу купили. Дети ходят в ясли, затем садик, потом в школу, а потом в институт. Не шикуем, конечно, но все есть. Ну не ездили в Египет, в Турцию и прочее, но я и сейчас туда не стремлюсь. Дети, правда, ездят, потому что наши курорты стали дороже заграничных. Мы чувствовали себя равными среди равных. А теперь кругом олигархи, бизнес-ворье. Разная там партийная шпана – ворюги. Да еще норовят и страной порулить, денег им мало.
– Ты что, уже решила увольняться? – смеемся мы.
– Ничуть. Куда они без меня денутся?
– Так ведь слушают наверняка нас: наша служба безопасности, ихняя служба безопасности.
– Сейчас слушает не наша служба. А я свою точку зрения высказывала еще несколько лет назад нашему хозяину. Он мне не поверил.
Мы с Алькой удивлено переглянулись.
– Что, не верите? Сейчас объясню. Видите ли, в НК работает много очень даже неглупых людей. И одна из них Полина Ивановна Чайка. Она еще успела поработать в старые времена. И вот мы с ней как-то разболтались, и она высказала свои опасения, что нас в одно прекрасное время могут взять за одно место. Я говорит этому мудаку от юриспруденции Твердолобову, ну знаете, начальник нашего юридического управления, уже не раз твержу, что надо изменить структуру НК, или мы попадем в нехорошую историю. Он мне в ответ: «Мы действуем в рамках нашего законодательства, нам нечего бояться». Я ему говорю: «Какого законодательства?» А он мне – гражданского и налогового. Я ему, что кроме этих разделов, есть еще уголовное законодательство. Он мне отвечает, что это законодательство не имеет к нашей структуре никакого отношения. К нашей деятельности, как субъекта гражданско-правовых отношений. Грамотно говорит, сволочь, но тупой. Мы, говорит, налоги исправно платим. К нам нет никаких претензий у налоговой инспекции. И, заметь, говорит, что у нас налоговые по нашим фирмам в разных городах, и ни в одном городе нет претензий. Но ведь мы воруем у государства, говорю я ему. Причем я не возражаю против этого, но надо не доводить наше родное государство до белого каления своей алчностью. Он отвечает: «Да, обираем, но в соответствии с нормами закона. У налоговой к нам нет никаких претензий». Ну я с Чайкой всегда находила общий язык, и она мне как-то говорит: пойдем к хозяину, ты как представитель старой гвардии, работающая бухгалтером всю жизнь, может ему что-нибудь втолкуешь. Он ведь умный парень. Ну и пошли.
Она замолчала и с интересом и улыбкой смотрит на нас.
– Ты что замолчала? Или прослушки испугалась.
– А что мне прослушка, они и без меня все знают. У них есть очень даже неплохие специалисты. Это я просто передохнуть. В общем, ладно, продолжаю. Договорилась она с хозяином, и как-то заходим к нему. Он встретил нас нормально. Смотрит с любопытством, приветливо. Он же умный человек. Спрашивает:
– Елена Федоровна, я о вас много наслышан. Так какое ваше мнение по тем опасениям, о которых мне доложила Полина Ивановна? Скажу вам сразу – это правильно, что вы беспокоитесь, я это приветствую. И за эту инициативу премия за мной. Эта действительно наша безопасность.
Тут я ему высказываю свои соображения. Мол, структура НК, которую вы создали, она очень рациональна, действительно при ней доход наиболее высок, все фирмы НК, у вас под контролем. Это в первую очередь за счет единого ЦБК, Казначейства, других управлений, нашего банка. Рубль не уйдет незамеченным. Но при этом видно, что НК единый организм. И вся структура дает возможность эффективно уходить от налогов. И скажем прямо – воровать у государства, у акционеров. Ведь НК – это открытое акционерное общество. А он мне отвечает: