– Слушай. Ну, ты молодец. Впрочем, я так и думала, что тебя оставят. Ты там на наших страху нагнала. Да и справляешься с фирмой очень даже неплохо. Даже Чайка говорила. Помнишь?
– А знаешь, какой оклад? Пятьдесят процентов от оклада управляющего. Федоровна говорит – наши из ЦБК ходили с ним в арбитраж, и там сказали, что ему назначат не меньше шести миллионов. А может и больше.
– Слушай. Это сумма. Это даже больше, чем нам обещали за правильные показания. Вот дела. А у меня как? Не знаешь?
– Я спросила управляющего на всякий случай. Он сказал, что тебя тоже могут оставить. Но у тебя проблема – не могут найти твоих учредителей. У тебя ведь физические лица.
– У меня есть сведения, что они сбежали за границу. И думаю, вряд ли удастся их заманить в Россию. Да у меня и средств на счете немного. Ведь в последнее время сделки по нефти почти не проводились. Так что меня могут и прикрыть.
– Слушай, Алька. А мы сделаем так. Я назначу тебя своим заместителем. У нас работа в основном предполагается с исками и претензиями. В судах и арбитраже. Он меня даже спросил: знаю ли я английский. Может, придется в лондонский офис летать, решать вопросы. А ты как раз тот человек, который все знает – и в бизнесе и в юриспруденции. Он мне сам сказал, чтобы я приготовила штатное расписание. Оклад для тебя, мы у этого дядечки выбьем нормальный. Ведь у меня денег на счете – куры не клюют.
– Слушай, как же тебе удалось не только не растерять, но и прибавить?
– Сама не знаю. Повезло, наверное.
– Как говорила Чайка, везет тем, кто работать умеет. А вообще ты, пожалуй, права. Это будет как раз то, что мне надо.
– У меня у самой насчет того, чтобы согласиться, были сомнения. Вдруг не справлюсь. Но Федоровна меня убедила.
– Она права, какие тут могут быть сомнения. Помнишь, мы с тобой решали, увольняться, или нет, когда возбудили уголовное дело по хозяину.
– Как забыть. Ну и ты решила, что лучше будет, если мы останемся. И не промахнулись.
– Я и сейчас тебе говорю, вслед за Федоровной. Пока возник вот такой момент, надо его использовать. А как дальше пойдет – видно будет. Это все-таки немалые деньги. Мы о таких с тобой и не мечтали.
11
– Да, и еще. Я тут получила какое-то странное исковое заявление из Хамовнического суда. Фрунзенский ДЭЗ просит взыскать с меня двести двадцать три тысячи за неуплату коммуналки.
Алька взяла исковое заявление, начала читать. Потом с удивлением смотрит на меня.
– Эта та самая квартира.
– Ну да. Но за нее всегда платил Дятел. Я даже и не знала, сколько и куда. А тут почему-то иск ко мне. И как они узнали мой адрес? Ведь исковое пришло по почте. Я в тревоге. Может там Дятел раскололся? Ведь эту квартиру только он знает, и главное – мой адрес домашний. Тревожно как-то.
– Стой, стой.
Алька от волнения даже села на кровати. Смотрит на меня, потом опять на исковое. И вдруг как вдарит себя ладонью по лбу. И как-то засуетилась, засуетилась…
– Ты это заявление внимательно читала?
– Конечно, внимательно. Вон, в конце, взыскать с Корневой Вероники Николаевны. Меня почему-то собственником назвали? Почему так? Тревожно как-то.
Алька поджала губы. Смотрит на меня любовно-презрительно, как кот Леопольд на тех мышей.
– Балда. Сколько раз я тебе говорила – читай внимательно документы.
– Да ладно тебе, – я и вправду на нее готова была обидеться. – Я тебе по делу, серьезно, а она – балда. У меня, между прочим, тоже имеется диплом об окончании…
– Я же тебя любя. Не хмурь брови черные. А теперь, слушай внимательно.
И она начала читать.
– Корнева Вероника Николаевна, зарегистрированная по адресу, является в то же время собственником шестикомнатной квартиры полезной площадью 176 квадратных метров по адресу Москва, Фрунзенская набережная и прочее. Поняла, балда. Является собственником квартиры.
Надо сказать, до меня тут дошло окончательно. И я даже не обижалась на «балду».
– А как же так получилось? Как я вдруг оказалась собственником? Я, конечно, это читала, но не поверила. С какого это бодуна меня сделали собственником? Может ошибка какая-нибудь…
– Рано тебе еще в самостоятельные генеральные. Рано. По фэйсу у тебя получается хорошо: одного, второго, третьего. На таежных мужиков тоже страху нагнала голосом и осанкой, чинуши в НК на тебя с дрожью взирают, то есть в вопросах управления ты вполне созрела. А вот документы еще не научилась правильно читать.
– А ты на что?
– Однако. Здраво мыслишь, товарищ генеральный директор. Скажу прямо, не ожидала. Действительно, а я на что? Нет, недооценила я вас.