– Я виски не пью.
Олег, наверное, сообщил мои пристрастия Сэму и тот выбежал из кабинета.
– Куда он помчался? – говорю. – Явку с повинной, что ли писать?
Олег как начал хохотать.
– Говоришь, явку с повинной? Вижу, вы в России уже прошли серьезную правовую подготовку. А здорово он перетрусил. За коньяком побежал.
Появился Сэм, плеснул мне в бокал коньяку и настоял, чтобы я пригубила. А сам все пытался взять меня за руки, Олег его опять с трудом оттащил. Они еще о чем-то поговорили, и Сэм опять куда-то побежал.
– Я от этого Сэма уже устала, – говорю. – И к тому же мне не нравится, как он все старается держать меня за руки. Ты его останавливай. А то я сама приму меры.
– Бокалом по лбу, – рассмеялся Олег.
– Можно и бокалом. Но он ведь хватает меня не просто так. Здесь не только благодарность, ты понимаешь?
– Я тоже заметил. Он предлагает загладить этот эпизод и в знак благодарности хочет пригласить тебя на ужин в ресторан.
– Ты что, никуда я с ним не пойду. Ты что!
– Он, конечно, хотел бы только с тобой. Но понимает, что от меня не отделаешься, и приглашает нас вдвоем. А что, пойдем, погуляем как в молодые годы. Это я про себя, конечно. Ты и сейчас молода. Как у нас в Москве говорили: «На шару и уксус сладкий». Тебе интересно?
– Если откровенно, мне не очень. А если какой-нибудь шикарный ресторан, мне и одеться не во что. Вот то, что на мне – единственный приличный костюм. Мы же на Кипр, на отдых прилетели.
– Ну это не проблема. Не переживай. Мы все равно хотели погулять, а тут за счет Сэма.
3
Олег к этому ресторану собрался купить мне вечернее платье. Я сразу же вспомнила про этот фильм голливудский, «Красотка», эта аналогия мне очень не понравилась и я, конечно, отказалась. Он настаивал, но меня сдвинуть было невозможно. Если, говорю, будешь настаивать, никуда не пойду. Но, надо сказать, в ресторане мой костюм был не хуже этого самого заморского барахла. Сэм и так был в радостном восхищении, узнав, что все документы у меня и ему нечего бояться, так и сыпал комплиментами, которые я не понимала. Олег мне вначале переводил, а потом махнул рукой, заявив, что мне и так все понятно. Сэм пришел с девицей лет двадцати пяти. На вид очень даже ничего. А одета ничуть не лучше, чем мой повседневный наряд. Ресторан я, конечно, не запомнила, но ничего особого там и не было. Не спеша выбирали меню. Сэм усиленно рекомендовал мне среди прочего какую-то рыбу. Мол, фирменное блюдо ресторана, завезли совсем недавно, считается сюрпризом. Я согласилась на эту рыбу. Оказалось что это что-то вроде нашей плотвы. По виду, да и по вкусу.
А про девицу Олег мне дал следующее информацию. Зовут ее Алина. Она здесь уже лет десять, родители Россию грабят, а она пытается выйти замуж за местного, но пока не удается. Работает в одном из наших филиалов.
– А Сэму она … кто?
Олег пожал плечами.
– Обычная сотрудница. Но до генерального ей, конечно, еще плыть, и плыть, и не доплыть.
При все при том Алина оказалась очень даже нормальной. Мы с ней разболтались, пока мужики что-то там жужжали на английском. Она спросила, сильно ли лихорадит НК. Как мы там себя чувствуем. Об аресте Макаровского они, конечно, тоже знали. И, чувствуется, были слегка в панике.
– Здесь все, что у вас происходит в НК, узнается молниеносно. Мы последний год даже и не работаем, а ждем новостей из России. А вы там как?
– У нас тоже былой активности нет, но работаем и тоже ждем новостей, в том числе и от вас.
– А от нас что вы ждете?
– Обнадеживающих вестей и указаний.
– Не очень то вы указания из Лондона исполняете… – она наклонилась ко мне и говорит почти шепотом. – Я слышала, ваш армянин игнорирует нашего Сэма.
– Есть такое, конечно.
– А в чем дело? Что они не поладят? Вы, как генеральный директор серьезной фирмы, видите это.
Я засмеялась.
– Все дело в доходах. Наши считают – раз мы работаем, то и контроль над финансами должен быть у нас в России. Мы работаем, нас сажают и трясут. А Сэм и компания пользуется всеми благами просто так. Они считают, что ваши нашим не нужны.
– А зачем тогда хозяин это устроил?
– Для страховки, конечно. Чтобы ваши, представляя НК в Лондоне, оказывали влияние на мировую общественность.
Я важно все это Алине объясняла. И даже чувствовала удовлетворение. Надо сказать, все эти общие разговоры и рассуждения там, в НК звучали каждый день. Разговоры, обсуждения, сплетни. Поэтому мне нетрудно было ей все это изложить. Да и она смотрела на меня во все глаза, я же генеральный директор крупной фирмы НК. Только это она и знала. Но мне интересно было услышать, как здесь наши устроились, те, кто сбежал и не собирается возвращаться. И только я спросила, как Олег говорит, что мужчины хотят танцевать. И он встал и поклонился мне.