Глава 31
Женя стоял посреди супермаркета, наполненным большим количеством людей. Так и должно было быть в субботу, когда большие семьи, как их, решает закупиться на следующую неделю. Его такое количество людей не пугало, всё было вполне нормальным, а вот девочку, что хватала его за руку и сильно к нему прижималась, поправляя на себе солнечные очки, это сильно ужасало.
— Весна, всё в порядке. Они тебя не обидят.
Девочка не ответила, она только стала дрожать, а когда кто-то рядом проехался с тележкой, она и вовсе повернулась лицом к брату и уткнулась носом ему в плечо. Женя почувствовал, как майка начинает намокать. Весна плакала, её хрупкие плечи тихо вздрагивали.
Женя и родители хотели начать выводить в люди Весну, чтобы она не сидела больше в своей комнате, но сердце парня стало сжиматься, когда он видел, как страдает сестра от этих «экспериментов по совету психологов».
— Эй, мелкая, они тебя не тронут, я обещаю. Я же рядом.
Его ладонь стала гладить голову и спину девушки, что продолжала беззвучно плакать. В последнее мгновение Весна подняла своё заплаканное лицо с красными глазами и такого же цвета маленьким носиком, чтобы взглянуть в лицо брата, что почувствовал себя ужасно виноватым, раз позволил сюда привести сестру.
— Прости, больше этого не повторится…
Парень открыл глаза и уставился на белый потолок. Это был сон, который вырвался из прошлого. Реальность была хуже, Весна в тот день потеряла сознание от страха, и в машину её пришлось тянуть на руках. И Женя проклинал себя еще много дней, что до этого злился на бездействие родителей по отношению к сестре. Он сам был инициатором того, что пора действовать.
«Вы хотите, чтобы она у вас на шее всю оставшуюся жизнь просидела?!» — как-то в сердцах выкрикнул он.
И после того дня в супермаркете он больше никогда об этом не говорил. Видеть глаза сестры, заполненные страхом, отчаянием и безысходностью было намного страшнее и больнее, чем какие-либо бездействия родителей.
Женя встал с кровати и начал быстро собираться. Ему хотелось увидеть сестру, которая внезапно изменилась, обрела смысл жизни и перестала ходить по дому призраком в светлых одеяниях. Теперь это была другая девушка, что стремилась попасть на большую сцену вместе с no sense, и сейчас он понимал, что сделает всё для того, чтобы её мечта исполнилась.
Спускаясь по лестнице на первый этаж, парень не сразу услышал, о чём говорят женская часть Ла-Вин. Он был в мыслях о том, что это далеко не первый его беспокойный сон. Пока парень молчал о том, что не первый раз он просыпается посреди ночи, что пальцы его с гитары соскакивают не просто так, а из-за судорог, которые недавно начались. Как и внезапные приступы паники, которые он ото всех скрывает. Сейчас идея рассказать об этом кому-то из близких или специалистам не казалось такой смешной, как пару месяцев назад.
Входная дверь хлопнула — и вскоре по лестнице поднялся Бэд, оставляя после себя смесь запахов из недешевых сигарет и парфюма, по большей части женского.
— О, наша ночная бабочка вернулась, — усмехнулся он, уже сидя за завтраком.
Ника улыбнулась, а Весна продолжала прожигать взглядом поднимающегося по лестнице гитариста.
— Ты так кровожадно смотришь на него, потому что ревнуешь? — продолжил парень, чувствуя, как наступает спокойствие. Весна не изменилась, она прежняя сидит за столом и больше не боится других людей.
Парень потянулся за бутербродом, но поднося его через весь стол к себе, случайно уронил из-за внезапно разомкнувшихся пальцев.
— Нет, я просто хочу его раздеть.
Ника отвлеклась на Весну и не заметила, как Женя сжал второй рукой собственную ладонь и решил остаться без бутерброда.
— Ого, сразу так… — улыбнулся он, чувствуя, как в животе начинает «заводить шарманку кит». Ника взяла его тарелку и наполнила сама.
— Он всегда ходит в одних и тех же штанах, пора бы их постирать. И вообще, сегодня день уборки…
Ника и Женя тихо выругались, а вернувшийся в столовую Бэд пока еще не знал, что его ждёт.
— Чего такие кислые сидим? — на нём были домашние шорты и лёгкая майка без рукавов, а во рту уже оказался свежий бутерброд.
— Сегодня уборка, — со слащавой улыбкой сообщила Весна.
-*Троекратно запрещено цензурой*.
Отправив в репетиционную Бэда, Весна пробралась в мужскую душевую и собрала все грязные вещи. В комнате Жени оказался порядок, чему девушка усмехнулась.
«Хорошо выдрессировала» — так бы сказала Ника, увидев застланную под ниточку постель и протёртую на подоконнике пыль. Что нельзя было сказать о комнате Бэда, закиданной одеждой, какими-то журналами, документами и тетрадками.
Весна знала про личное пространство, хоть и раздирало любопытство, постаралась всё закрыть не глядя. Собрав еще с пару тройку одинаковых чёрных штанов с цепочками, что носил Бэд, она поняла, что у парня просто одинаковый гардероб. Открыв шкаф, она только подтвердила свои догадки.
Только одни светлые брюки, одни джинсы и всё остальное однотипное, как под копирку. Прибрав и в шкафу, сложив футболки и свитера, которые Бэд ни разу не надевал, она постаралась представить в этом того чудака, что всегда ходит в майках рок-групп с автографами, одинаковых штанах и конверсах или вансах.
Но Весне не нравилось, что она думала об этом, она с краснеющими щеками быстро захлопнула шкаф и вышла из комнаты, выпихивая впереди себя огромную кучу белья.
Меньше всего ушло времени на уборку её комнаты и комнаты Ники, которая тоже старалась всё на своих местах, следуя за подругой.
Когда со всем было покончено, уставшие они легли в гостиной на пол, кто-то на диван, и тихо слушали музыку через колонки.
— Сегодня без репетиций, я надеюсь? — жалобно простонал Женя.
— А, забыл сказать, у нас вечером выступление в…
— Бэд! — воскликнули Ника и Женя, а Весна недовольно уставилась на парня.
— Что? Ну облажался я, забыл сказать…
— Ладно, ничего не поделаешь, отдыхаем немного и порепетируем, — Весна встала и пошла на кухню, где стала нарезать фрукты.
Вдвоём с Никой они сидели на диване и смотрели недавно вышедший русский сериал, который напоминал папиных дочек, только снят был на современный лад.
— Как вы можете смотреть эту муть? — не понимал Женя, что явно был недоволен, раз ему не дали сыграть в приставку.
— Не гуди, у тебя компьютер есть, — в него полетела подушка.
Но Ника сама же её и положила на место под тёмным взглядом подруги, что в мгновение перестала смеяться с сериала и видела начинающийся беспорядок.
— Кто убирал в моей комнате?!
Все трое обернулись на Бэда, что мигом спустился на первый этаж и прибывал в явном бешенстве.
— Кто *запрещено цензурой* трогал мои вещи, я спросил?
Парень подошёл к дивану и уставился на Нику.
— Ты?
— Эй, полегче, парень, — вмешался Женя. — Ты чего?
— Это не я, — Ника слегка побледнела под таким гнётом Бэда, что готов был убить одним только взглядом.
— Я убиралась у тебя, — вмешалась Весна и встала между блондином и подругой.
— Кнопка, — выдохнул гитарист и прикрыл на мгновение глаза, чтобы открыть их вскоре вновь, но уже не источая ярость. — Где мои чёрные штаны?
— Какие именно? Они у тебя все одинаковые…
— Все, — коротко и холодно ответил он.
— В стирке. Точнее рядом со стиральной. Потому что сейчас белое стирается.
В следующую секунду Бэда в комнате не оказалось, он ушёл в прачечную на первом, где стояло несколько стиральных машин и хранилось всё для уборки дома. Когда он вернулся к ребятам, то держал в руках пару штанов.
— Кнопка, больше не смей никогда трогать мои вещи, ладно? И вообще, никто из вас.
— Да ладно-ладно, мы поняли, фрик. Остынь, — Жене не нравилось, что парень вёл себя слишком резко, особенно по отношению к его сестре.
Такое отношение к Весне он видел впервые, и то, с какой яростью он защищает свои вещи тоже.