— Ты уже споила их менеджера, может, на этом остановишься?
— Я и тебе принёс! — воскликнул кто-то с лысой головой.
— Лиам?! О мой бог, это что? — не сдержалась я и коснулась блестящего затылка.
— Хе-хе-хе…Мне идёт?
По крайней мере, больше яркие пряди не скрывали пирсинг в ушах, как и тоннели там же.
— Мне нравились твои волосы.
Том забрал из рук лысого карапуза стакан и тоже его осушил, после чего взял меня за руку.
— Кир, мы присоединимся, но позже, ясно?
— Ясно… — ответила в лёгком шоке девушка, явно не привыкшая к такому тону второго солиста.
Меня увели, прямо как Весна Бэда. Мы оказались в доме, наполненном дымом, тусклым светом и громкой музыкой. Оказывается, вынести колонки на улицу никто не додумался, и просто поставил на максимальную громкость их в доме. Миновали толпу и поднялись по лестнице, чтобы после идти по узкому коридору до одной из множества одинаковых дверей.
— Заходи, — меня пропустили впереди себя, закрыв за собой единственную преграду между комнатой и коридором.
— Том…
Слушать меня не собирались. Парень за мгновение оказался рядом со мной и поцеловал, запуская руки в волосы. Горькие губы от алкоголя, горячее дыхание на тонкой коже шее, нежные прикосновения к спине. Всё слилось во что-то одно, что заставляло мои ноги подкоситься, а губы шептать одно и то же имя.
— Мейс, — я попыталась отстраниться, когда дыхания совсем перестало хватать, а нутро так переворачивалось от волнения, что, казалось, вот-вот вырвется из меня.
— Чтобы ты сейчас не сказала, воспринимать я не могу, — махнул рукой он, опираясь о стенку, запрокинув голову и закрыв глаза.
— Но мне есть что сказать.
— У тебя есть кто-то?
— Нет… — его вопросы только с толку сбивали. — Но…
— Тогда будь моей девушкой, — с этими словами Мейс оттолкнулся от стены и вновь подошёл вплотную ко мне. — Я жду ответ. Сейчас.
— Мейс, — тон брюнета стал очень холодным. Как будто мне предлагался какой-то контракт, а не признание в чувствах.
— Ника, да или нет.
Что я должна была сказать человеку, одно присутствие которого сводило меня с ума? Мне не хотелось отпускать эту спину, где-то таилось желание изучить каждую его татуировку, и вопреки всем мыслям о том, что нас будут разделять миллионы километров, моё сердце продолжало принадлежать одному наглецу, который решил с ноги раскрыть двери в мою душу и голову и ворваться туда одним днём.
— Да.
— Вот видишь, — словно выдохнул он, — это было не сложно.
Мои руки взяли его тёплые пальцы, после чего мы их скрестили. Я закрыла глаза и уткнулась носом в его шею, пока его губы целовали мой лоб.
— Безумие какое-то, — не сдержавшись, произнесла тихо-тихо, боясь разрушить атмосферу какого-то мира и спокойствия между нами.
— Ага, глупость.
— И не говори.
— Это мне нужно было просить прощения, — Том коснулся моих волос, заправляя их за ухо.
Я смотрела на его лицо сквозь вечернюю темноту, которая заполняла комнату, как-то свет включить мы не додумались, а сейчас уже было и не до него.
Только сейчас до меня доходили некоторые слова из песни Бэда. Ему не нужен голос Весны, чтобы слышать её внутри себя, а мне не нужен свет, чтобы видеть Тома, достаточно чувствовать его рядом.
— Я знал, что ты Сирена, потому говорил такое по вашу группу. Хотел позлить тебя, думал, ты признаешься на эмоциях, а потом и я тебе раскроюсь. Но проводя время с тобой, это стало таким не важным. Пару минут с тобой — и я забываю, кто такой Томас, что такое музыка, когда у меня репетиции и концерты, и уж тем более забываю про бдительность.
— Вот значит как, — выдохнула я. — Значит, тебе не противна наша группа?
— Шутишь? Да вы крутые! Сегодня вы взорвали сцену, очень постарались. Я не мог оторваться от тебя, принцесса из Диснея.
Меня погладили по голове, как маленькую девочку. Странно, но в руках Мейса я себя такой и чувствовала.
— Почему ты тогда убежала? Бэд сказал, что дело в Весне, но я не совсем понимаю…
Подняв голову, заглянула в сверкающие глаза. Стоит ли того Мейс, чтобы я могла рассказать ему всю правду? Всю, без единого остатка лжи, открыв все секреты.
— Это будет долгий рассказ, — тихо прошептала я, отстраняясь от Мейса, но парень сплёл наши пальцы сильнее и подтолкнул меня к кровати, на которую мы вдвоём упали. И глядя на тёмный потолок, на котором мелькали огни со двора, под звуки тихой музыки, которую заглушила отличная шумоизоляция, я тихо начала свой рассказ…
Глава 48
Весна и Бэд присоединились к остальным, когда кто-то громко крикнул «пожар!». Гитарист из Ла-Вин распознал в этом «кто-то» Женю, который странным образом решил всех собрать у огромного костра на заднем дворе площадки, где ужи были подготовлены огромные брёвна в виде лавочек, а кто-то уже сидел, накрываясь пледом.
— Ты уже в стельку что ли? — поинтересовался блондин у басиста, сев с ним рядом, не отпуская руку девушки.
— Нет, ик…Пока что… ик!
Весна помотала головой и устало улыбнулась. Но Бэд смотрел не на очаровательную улыбку девушки, а на оголённую кожу, которую совсем ничего не прикрывало.
— Хочешь, возьму плед?
Весна сильнее прижалась к парню, положив голову ему на плечо. Мужская рука обняла девушку, отдавая своё тепло.
Вскоре возле костра собрались все, кто решил остаться или же еще пока держался на ногах. Весна не видела лиц, она неотрывно смотрела на огонь, который, несмотря на свою стихию, успокаивал. Женя принёс гитару и предложил конкурс «лучший певец», где стал единственным участником. Бэд тихо смеялся вместе с Весной с того, как смешно себя вёл их басист, но всё равно оставался талантливым музыкантом, который даже в нетрезвом состоянии умудрялся попадать в ноты и красиво петь.
Незатейливые и популярные песни подхватывали и другие, кто-то о чём-то тихо разговаривал, кто-то сидел в телефоне, с кем-то переписываясь. Ветер раздул языки пламени и лёгкий жар коснулся лица девушки. Она смотрела на горящие угли и видела в них себя, сидящую рядом с Бэдом… Если бы она коснулась их, наверняка они бы её обожгли так же, как сжимающие её пальцы ладони гитариста.
— Чувствую себя самой счастливой русалочкой.
Бэд тихо усмехнулся, переложив ладонь на женскую талию.
— Прекрати себя с ней сравнивать, ты Весна, реальная девушка в реальном мире.
— Без голоса.
— И что? — Бэд чуть отстранился, заставив Весну посмотреть на себя. Девушка заметила немного хмурое лицо, на котором недовольно сверкали голубые льдинки. — Знаешь, кнопка, чем отличается сказка от реальной жизни? Не драматичностью или красивой историей, а тем, что у сказки всегда есть сценарист. Ни один персонаж из фильма или книги не имеет собственной воли, это лишь иллюзия, которую сценарист даёт зрителю или читателю. В реальной же жизни сценарист — это ты. Любой выбор ты принимаешь сама, это ты в ответе за то, что сейчас мы сидим здесь, рядом с тобой недобрутальный гитарист из Ла-Вин, а не солист из no sense. Понимаешь? Это твой выбор. Нужно радоваться тому, что ты в реальности, потому что тобой никто не может управлять. Я считаю, что свобода, это самое ценное, что у нас есть и не стоит себя приписывать к какой-то сказке, в которой всё произошло по воле кого-то другого.
Девушка коснулась губами подбородка, но даже несмотря на колющую лёгкую щетину, всё равно поцеловала мужскую кожу, пахнущую свежестью и океаном.
— Ты не недобрутальный гитарист, ты самое лучшее в моей жизни.
— Хах, и даже лучше Ники? — усмехнулся Бэд.
Девушка покачала головой и снисходительно улыбнулась.
— Ника была со мной в очень трудные моменты. Я не смогу поставить вас с ней рядом, прости.
Парень потрепал девушку по волосам, вглядываясь в блестящие тёмные глаза, которые казались ему самым светлым, что он когда-либо видел.