Капсула растворится часов через десять. По прикидкам
- Мустафа в это время будет на трассе в своем автомобиле... Судя по газетной заметке, так оно и получилось.
За четыре с половиной года, прожитых Таней в статусе тайной леди Морвен, одного из двенадцати Магов Ордена Иллюминатов и исполнительного директора Международного фонда гуманитарных технологий, надобность в подобных силовых акциях возникала восемь раз, и она неизменно принимала участие не только в разработке, но и в непосредственном исполнении. Такова была ее воля, хотя, в принципе, особой необходимости в ее участии не было: для таких дел имелась компактная и отлично вышколенная служба безопасности, состоявшая из полковника Паунда, Теда Хита - многолетнего полевого агента Эм-Ай-5, официально погибшего в Индокитае в конце семидесятых, - и десятка отборных головорезов, отелу живших не один год в различных спецподразделениях. Но даже придирчивый Паунд не мог не признать, что равного блеска в проведении таких операций опытным профессионалам удается достичь от силы один раз из двадцати.
Орденские дела леди Морвен волновали мало, хотя она прекрасно понимала, что на фоне невразумительных символов и нелепых ритуалов решаются вопросы глобального уровня, поскольку в Орден входили фигуры глобальные - президенты международных корпораций, влиятельные финансисты, политики, бывшие главы нескольких немаловажных государств, да и многие действующие главы были представлены самыми доверенными лицами. Сан Мага она приняла с большой внутренней усмешкой и с трудом удержалась от хохота во время пышной церемонии посвящения - это она-то маг, она, не верящая ни в бога, ни в черта, ни в прочую мистическую чушь?! Понимая важность орденских собраний, Таня держалась на них с подобающей серьезностью и торжественностью, но в приватной беседе с супругом нередко позволяла себе подшучивать над формой, в которую эти собрания облекались, и даже называть Орден "масонской ложей". Но лорд Морвен, обычно вовсе не чуждый иронии, шуток на сей счет не воспринимал.
- Не надо недооценивать ритуала, дорогая моя, - с каменным лицом выговаривал он. - Ритуал сплачивает, дисциплинирует, придает серьезность всем взаимным обязательствам. Чем был бы наш Орден без ритуала? Великосветским клубом? А твои сравнения с масонами я нахожу просто оскорбительными. Масонство давно уже выродилось в безвредную микстуру, которую принимают всякие лавочники и мелкие служащие, чтобы не так сильно ощущать собственное ничтожество. Внутренний смысл масонства давно утрачен.
- А Ордена? - возражала Таня. - Позиции ваши мне представляются весьма далекими от идеалов просвещенного деизма и мирового братства людей, что завещал вам великий Вейсгаупт. Так не честнее ли будет отбросить всю высокопарную оккультную бредятину и назваться своим именем - планетарная мафия?
- Честнее - с акцентом на слове "планетарная". Мы - структурирующий элемент в планетарном хаосе, и если наши действия приносят определенное зло, то наше бездействие обернулось бы злом неизмеримо большим, так что хотя бы с математической точки зрения ты не можешь не признать нас силами добра...
- Действующими в собственных интересах, - ехидно добавляла Таня.
- Не без этого, - скромно соглашался Морвен. - Все мы люди.
На претворение в жизнь стратегических решений, вырабатываемых Орденом, прямо или косвенно работали десятки правительств, тысячи организаций разного уровня во всех странах мира. Но непосредственней всех с Орденом было связано любимое детище лорда Морвена, Международный фонд гуманитарных технологий, мощная благотворительная организация, чьи уставные задачи формулировались обтекаемо и в высшей степени благородно, а конкретная деятельность отличалась чрезвычайным многообразием - от всесторонней и широко рекламируемой поддержки юных дарований до узкоцелевого и негласного спонсирования политических партий, национально-освободительных движений, лоббистских групп и коммерческих сект. В двенадцати странах действовали официальные представительства фонда, еще в сотне стран фонд действовал под крышей всевозможных правительственных и неправительственных организаций. Природный способности, бесценный опыт работы в "Зарине" и практически безграничный административно-финансовый ресурс Ордена помогал Тане без особого напряжения справляться с многогранными обязанностями исполнительного директора фонда, а неизбежно возникающие кризисные ситуации только подстегивали ее и без того завидную энергию. Иногда кризисы заходили слишком далеко и превентивных мер оказывалось недостаточно. Тогда планировались и проводились специальные операции...
Исполнительный директор мощной международной организации - должность публичная. Специалисты полковника Паунда успешно поработали с биографией Дарлин Теннисон, и у многочисленных папарацци отпала всякая охота копаться в неинтересном прошлом госпожи директора, равно как и задавать вопросы о ее поразительном сходстве с покойной Таней Дарлинг, предприимчивой бандершей с русскими корнями, чья головокружительная деловая карьера несколько лет назад была на взлете пресечена кровавой разборкой с собственным заместителем. Что поделать, похожа и похожа... А для объяснения отлучек, связанных со специальными операциями, было разработано пикантное и оттого особо убедительное алиби. Увы, мисс Теннисон, очаровательная женщина и превосходный руководитель, страдала редким и неизлечимым недугом периферической нервной системы и в период обострения болезни бывала вынуждена временно - от нескольких дней до двух-трех недель - отходить от дел. Один назойливый корреспондент, специалист по скандальным подробностям жизни богатых и знаменитых, умудрился залезть на ограду Лемминге-Корта, загородного замка лорда Морвена, и заснять медленно движущуюся по аллее инвалидную коляску, ведомую сиделкой в белом чепчике, и неподвижную фигуру в этой коляске. Фигура была по горло укутана белоснежным пледом, так что видна была лишь кудрявая рыжая голова в больших солнцезащитных очках. Видеоматериал не прошел ни на одном телеканале, а издание, опубликовавшее фотографию с сопроводительным текстом: "Иногда и сильные мира сего бывают слабыми", после долгого судебного процесса выплатило фонду кругленькую сумму в полтора миллиона фунтов - именно во столько оценили юристы Морвена моральный ущерб, нанесенный вмешательством в частную жизнь. Заметку об удовлетворении ее иска Таня прочла в Сингапуре через несколько часов после ликвидации одного биржевого воротилы, нагло злоупотребившего доверием фонда. Они с Тедом долго смеялись...