— Помните, за что мы боремся!
— Мы сражаемся за всех нас!
Оборона империи пробилась, знамя дома Фриер вело их. Дамиен заметил пучок лорда Рауля среди мужчин в красном, он разбивал солдат империи мечом. Двое мужчин заметили друг друга на поле боя. Они миг смотрели друг на друга, потом лорд Рауль слабо кивнул ему и продолжил сражение.
Солнце стало садиться, когда империя стала отступать. Дамиен стоял, тяжело дыша, прижимая руку к груди, другая сжимала меч сбоку. Казалось, левая рука была сломана, но он не ощущал боль, глядя, как империя отступает.
Он стоял только силой одной мысли: победа была с ними.
Он выдохнул и опустил голову. С каждым вдохом эмоции вливались в его тело. Они одолели империю, но не победили. Тела лежали с обеих сторон, показывая, кто победил.
Смерть.
Дамиен упал на колено, солнце опускалось за ним. Через мгновения мужчины и женщины в зеленых мантиях начали двигаться среди мертвых и раненых. Целители дома Рафель.
Некоторые тихо говорили со стонущими от боли, другие принесли самодельные носилки и начали убирать раненых с поля боя.
Дамиен опустился на колени, прижав левую руку к груди. Он сидел там, пока альянс медленно покидал поле боя. Первая звезда появилась вдали.
И он стал молиться.
Слезы выступили на глазах, но он подавил их и сглотнул. Смерть, жизнь, кровь, пот. Все смешалось на земле вокруг него. Сколько людей было бы спасено, если бы война и не началась? Если бы стена осталась поднятой? Если бы дома изначально работали вместе?
Он покачал головой и встал. Нет, он не будет думать о прошлом. Что сделано, то сделано. Он поднял голову и повернулся к угасающему солнцу. Оттенки красного и лилового тянулись по небу. Больше звезд загоралось, как точки надежды.
Они были живы. Свободны. Они одолели империю Доминия. Семь домов были едины, и они отгонят империю за стену и запечатают ее.
Но пока что он горевал по потерянным жизням с обеих сторон.
47
«От тебя ничего не останется».
Селена смотрела вперед, но в мыслях крутились слова матери. От разума ничего не останется. Судьба хуже смерти.
Селена не успела сосредоточиться, ее утащило в другой пейзаж сна. Ее тело дрожало от усталости, и каждый вдох обжигал легкие. Она медленно подняла голову. Она была в комнате переговоров в Вороньем замке. Черные флаги свисали с потолка с символом полумесяца. Пейзаж сна закружился, и она оказалась в зале переговоров замка Нортвинд. Потом в замке Левеллон, потом в Сурао. В каждом месте висело знамя с полумесяцем.
— Ты не можешь меня остановить, — голос Темной леди наполнил воздух, пейзаж сна менялся из одного города в другой. — Даже империя Доминия не может.
Крепость Айронмонд растаяла, и Селена вернулась на вершину башни Вороньего замка. Ее мать стояла перед ней, высокая, гордая, с мечом в руке.
— Ты думала, что выстоишь против нас? — спросила она. — Было глупо отворачиваться от нас, — ее мать подняла меч, Темная леди подняла бледный костлявый палец. Они указали на нее. — Теперь мы сломаем тебя, — сказали они вместе.
Селена с трудом выстояла в следующей атаке матери. Ее мышцы ныли от напряжения, она старалась, но картинки Темной леди влияли на нее.
Было ли будущее, где альянс победил? Было тщетно отбиваться?
Кто-то должен выстоять против этого.
Селена замерла.
«Мне нужно выстоять. Я не могу сдаться».
Она пропустила атаку матери, и кончик меча вонзился в ее правое плечо возле ключицы.
Селена упала на колено. Сильная боль вспыхнула в ране, ухудшалась с каждым вдохом, пока не стало сложно дышать. Сердце колотилось в ответ на рану, и показалось, что она упадет.
Она опустила правый меч как костыль. Две тени появились возле ее колен, обрамленные бледным светом луны.
— Ошибаешься, мама, — Селена сплюнула кровь изо рта и подняла взгляд. Эти слова придали ей сил и храбрости. — Темная леди нуждается в нас.
Она повернулась к высокой фигуре рядом с ее матерью.
— Ты ничего не можешь без нас. Наш дар — ворота в человеческие сны. Без дома Рейвенвуд ты будешь в плену теней.
Темная леди махнула бледной рукой.
— Я даю силу для вашего дара.
Селена опустила голову и рассмеялась, от этого грудь заболела сильнее.
— Не для моего. Я не нуждалась в твоей силе, чтобы дотянуться до снов людей вокруг меня, — она шумно вдохнула. — Я не нуждалась в твоей силе, чтобы затягивать людей в мой пейзаж сна, утешать умирающих и вдохновлять живущих. Ты приносишь только кошмары. Свет научил меня иному. Лучшему.