Она открыла рот, потом закрыла его. Почему она не могла говорить? Потому что боялась? Кому она могла доверять?
Она прижала пальцы ко лбу.
— Мне нездоровится, — это было правдой, но не всей.
Дамиен пересек комнату.
— Может, тебе остаться тут? Ты многое пережила за последние несколько дней, но даже не смогла толком погоревать.
— Нет, — лорд Ренлар расскажет правду другим великим домам. Она хотела, чтобы этих знаний не было, но они существовали, и с ними нужно было разобраться. Все исправить. Восстановить доверие.
Он разглядывал ее еще миг, а потом протянул руку.
— Дай знать, если я могу что-нибудь еще сделать.
Она взяла его за руку, крепко сжала, пока они шли в тронный зал, ее горло сдавило. Селена смотрела вперед. Она хотела, чтобы всего этого не было.
Селена ощущала на себе взгляд Дамиена, когда лорд Ренлар делился информацией, о которой она узнала вчера, с собравшимися в зале. Он поджимал губы, сдвинул брови. Он потирал пальцем нижнюю губу, не сводя взгляда с ее лица.
Селена ерзала на стуле, но не смотрела на Дамиена. Она все еще не знала, что думать. Она собрала все эмоции и заперла их глубоко в себе, чтобы быть тут. Онемение. Было только это. Но она ощущала, как эмоции прошлого вечера давят на железную дверь, и они скоро вырвутся.
Лорд Лео смотрел на стол, хмурясь.
Леди Брирен глядела то на лорда Ренлара, то на Селену, и глаза были все шире с каждым мигом.
— Все дома в этом участвовали? — перебила она.
Он посмотрел на нее.
— Да. Все дома не только знали о плане, но и согласились на него. Даже дом Мерек. Всадники на вивернах прогнали империю из гор в долины после резни, и другие дома там заставили их отступить. И тогда дом Марис и дом Фриер воздвигли на границе восточную стену.
— Я не верю, — прошептала леди Брирен, коснулась пальцами приоткрытого рта. — Ни мой отец, ни дед не говорили об этом.
— Насколько я понял, правда была скрыта из-за стыда. Я наткнулся на исторические документы за дверцей, когда помогал разбирать развалины библиотеки Вейд Мекум. Вряд ли другие дома знали об этом, кроме тех, кто это и сотворил.
Лорд Лео встрепенулся.
— Но как наши предки сохранили такое в тайне? Об этом ведь знали не только великие лорды и леди?
— Об истинной цели атаки никому не говорили. Командиры и войска верили, что план сражения пошел не так, и потому погиб дом Рейвенвуд. Они не могли понять, что дом Рейвенвуд подставили и отдали империи.
Селену мутило, и она прижала ладонь к животу. Наглое предательство других домов снова ударило ее, и эмоции бушевали в ней. Она прижала кулак к животу.
«Нет, я не сорвусь. Не тут. Не при всех».
Дамиен явно заметил ее движения, потому что выпрямился, опустил ладони на стол и открыл рот, но лорд Лео опередил его со словами:
— Почему империю интересовал дом Рейвенвуд? Что заставило империю попасться на крючок и пойти за горным домом?
— Из-за дара Рейвенвудов, — спокойно сказал лорд Ренлар, но Селена ощущала, что за спокойной маской назревала буря.
— Дара? — лорд Лео посмотрел на Селену. — Разве есть угроза от того, кто ходит по снам?
Селена чуть не рассмеялась. Они знали, что дар существовал, но она не раскрыла его цель.
Лорд Ренлар ответил за нее:
— Империя понимала способность Рейвенвудов лучше, чем наши дома. Даже я не полностью понимаю, на что способны сновидцы. Но там, где я читал, говорилось, что у Рейвенвудов была сила входить в сердца, разумы и воспоминаниях не только одного человека, а многих, влиять на них или вдохновлять их.
Лорд Лео посмотрел на нее.
— Дар хождения по снам может работать не с одним человеком?
Селена подняла голову.
— Да.
— Тогда почему это стало известно только сейчас?
Ее ноздри раздувались.
— Как я и сказала вчера, мои предки хранили дар в тайне, боясь повторения того, что случилось при первом нападении, — хотя Рабанна не понимала всего масштаба обмана, она не зря боялась за свой дом.
Лорд Лео скрестил руки.
— Мне кажется, что ваш дар — хоть вы можете влиять на людей — все еще не так силен, как другие.
Селена смотрела на лорда Лео, гнев придал ей смелость.
— А вы не замечали, просыпаясь, как сильны эмоции? Если вам снилась смерть любимого, вы плачете. Если снилось что-то счастливое, вы ощущаете удовлетворение. Сны разбивают стены и открывают сердце чувствам. Во снах вы уязвимее всего. Из-за этого моя семья использовала сны, чтобы находить тайны… и даже забирать жизни.
Он прищурился.