Лорд Харук вздохнул, капюшон зеленой мантии бросал тень на его глаза. В комнате стало тихо, лишь птица пела за открытым окном.
Одно решение их домов сотни лет назад повлияло на многое: ненависть ее дома, недоверие среди других домов, бремя и страхи дома Рафель. Их предки понимали, что они сделали, чтобы спасти себя от империи? Это того стоило?
Леди Аяка протянула руку к отцу.
— Отец, возможно, пора оставить прошлое в прошлом и допустить возможность, что каждый дом изменился. И нам нужно измениться. Мы не можем биться с империей одни. Командир Орион сотрет наш дом. Он не принимает нейтралитет, а теперь убивает наш народ.
Лорд Харук поднял голову.
— Как мне поверить, что вы не сделаете так же? Нейтралитет сохранял дом Рафель во время первой войны с империей. Зачем мне объединяться с домами, что бьют в спину другому?
— Я тоже думала об этом, — Селена подняла голову. — Когда только узнала о произошедшем четыреста лет назад. Предательство моего дома, почти истребление предков заставило меня задуматься, могу ли я доверять хоть кому-то, — она оглядела комнату, посмотрела на леди Аяку, а потом на Дамиена.
Дамиен посмотрел на нее с пониманием и кивнул продолжать.
Селена выдохнула.
— Но я знаю, что не хочу, чтобы империя победила. Я не хочу, чтобы меня лишили гор, которые я люблю. Я не хочу, чтобы умирал народ, который я клялась защищать. Но я не буду жертвовать жизнями тех, кто не знает, за что умирает.
Она подумала о тех, за кем приглядывала, когда их души угасали. Они знали, за что боролись. И они были готовы заплатить цену.
— Я обещаю это всем вам. Моих предков отдали империи, чтобы дома могли победить в войне. Их не просили, им не сообщили. Я так с вами не поступлю. Мы все должны знать, с чем столкнулись, и чего это стоит.
— И что вы сделаете, леди Селена? Откажетесь использовать силу, как ваш предок?
Селена напряглась.
— О чем вы?
— Была сновидица, которая могла ходить по снам многим. Своим даром она вдохновляла великие дома. Но когда ей предложили использовать дар против империи, она отказалась. Каждый дом просили использовать дар, чтобы победить. Но если использование дара против вашей веры? Вы испачкаете руки кровью, как остальные?
— Лорд Харук, вы предлагаете мне убивать солдат империи во сне?
Он смотрел на нее.
— Так мы бы завтра уже победили.
Она могла завершить войну своим даром. Селена взяла себя в руки. В словах была капля искушения сделать так, как предлагал лорд Харук. Но это было неправильно. Искаженно и неправильно. Так она стала бы похожей на свою мать.
— Я не буду использовать дар так. Даже если мой дом сотрут снова. Это может спасти нас сейчас, но в конце всех нас уничтожит.
— Леди Розвита Рейвенвуд верила в то же. И ваш дом стерли.
— Леди Розвита Рейвенвуд?
— Она была великой леди дома Рейвенвуд во время первой войны с империей, и она погибла при нападении. Я верил, как и все, что тогда дом Рейвенвуд умер. Но ее дочь Рабанна, видимо, выжила, сохранила дар, но исказила его. И этот искаженный дар передавался с тех пор, и вы видим это по вашей матери.
Она покачала головой, с трудом веря, что лорд Харук предложит такое. Так она окажется на пути, с которого так старалась уйти, и ее потомки будут страдать от этого бремени.
— Нет, я не смогу так сделать. Это перечит пути Света, — она прижала кулак к сердцу. — Это против причины, по которой у меня есть этот дар.
Впервые тень улыбки появилась на его губах.
— Рад слышать от вас такое, леди Селена.
Селена нахмурилась. Лорд Харук проверял ее?
— Так вы присоединитесь к нам?
Лорд Харук медленно встал.
— Леди Селена, вы дали много тем для размышлений. Из всех домов ваш пострадал больше всего. Я знаю о ненависти вашей матери и бабушки. Но ее нет в вас. Это дает мне надежду. Но мне нужно больше времени.
Дамиен тоже встал.
— Но времени нет. Даже сейчас империя может идти по вашей земле.
— Я не стану принимать решение в спешке на эмоциях. Уж простите.
Лорд Харук прошел к двери, зеленая мантия тянулась за ним. Они проводили его взглядами, никто не двигался и не говорил, пока занавес плюща не упал на место.
— Простите, — леди Аяка нарушила тишину в комнате.
Дамиен отклонился и опустил ладони на стол. Селена видела, что он размышлял. Он верил в то, что нужны все семь домов, чтобы одолеть империю. Но пока у них было пять. И теперь, похоже, дом Рафель не присоединится к ним, хоть империя выступила против них, а альянс пришел на помощь.
Селена вздохнула. Она не хотела думать о том, что дом Фриер точно не перейдет на их сторону.