Крик жаворонка
Крик жаворонка
Рассказ. 1. - Привет, Володя! Что случилось? - Андрей стоял на пороге своей квартиры, пребывая в некотором недоумении. Он впервые столкнулся с подобным поведением делового партнера. - Не прошло еще и трех часов, как мы с тобой расстались. - Палыч, не волнуйся. Все хорошо. - Володя загадочно улыбался, медленно раскачиваясь из стороны в сторону. - Просто решил заглянуть к тебе на огонек. - Слушай, если ты переживаешь насчет вагонов с мукой, то я же тебе сказал, что согласен обменять их на мини-пекарни. Договаривайся с Мелькомбинатом... А, вообще, ты в курсе, что уже полдвенадцатого ночи? Может быть завтра продолжим? - Да при чем тут это? - Володя шумно выдохнул и мотнул головой. Пространство, разделявшее двух молодых мужчин, мгновенно окрасилось слабым запахом алкоголя. Андрей только теперь заметил, что в правой руке его нежданного гостя была зажата пол-литровая бутылка с какой-то прозрачной жидкостью. - Дела, дела, бесконечные дела. Сколько можно? Некогда спокойно сесть и нормально поговорить. - Володя поднял бутылку на уровень груди. - Вот смотри, что я прихватил. Чистейшая самогонка! Моя соседка недавно сварганила. Такая прелесть: пьется, как компот, а потом ног не чувствуешь. - Насколько мне известно, ты ведь не злоупотребляешь этим делом. По крайней мере за те полгода, пока мы плотно общаемся, я за тобой такого не замечал. - Да, так и есть. Но сегодня появился неожиданный повод. - Володя, подчеркивая собственное нетерпение, взмахнул левой рукой. - Может уже впустишь меня или будем до утра тут стоять? - Хорошо, уговорил. Пойдем на кухню. Только ненадолго. И говори по тише, а то мои уже спят. - Напомни: сколько твой дочке? - Два с половиной. Несмотря на общие коммерческие интересы, Андрей знал о Володе совсем немного: родился в Ростове, разведен, живет бобылем в недавно купленном доме и вполне доволен собой. Каким ветром его занесло в Пятигорск, есть ли родственники, общается ли он со своей бывшей: об этом они никогда не говорили, хотя в последнее время часто встречались для обсуждения деловых вопросов. Андрей мог припомнить лишь один единственный случай, когда Володя затронул личную тему. Тогда все началось с уточнения деталей какой-то очередной совместной операции, потом Володя перевел разговор на их общую знакомую, после чего неожиданно признался, что мстит всем женщинам за крах своего первого брака. И в качестве примера привел свою недавнюю пассию - Ленку, бойкую продавщицу из Центрального универмага, за которой он целых три месяца ухаживал, а потом, добившись своего, внезапно бросил, сославшись на то, что она ему просто надоела. Андрей тогда так и не понял, зачем Володе понадобилось морочить голову этой несчастной Ленке и после того случая стал прерывать любые попытки партнера во время беседы уйти в сторону от дел. “Иметь с ним общий бизнес - с этим все понятно. - проходя на кухню, думал Андрей. - Теперь, после развала Советского Союза, когда подавляющее большинство граждан оказались предоставленными сами себе, особо выбирать не приходится. Выживаем, как можем, и любые связи могут пригодится. Тем более, что у Володи налажен контакт со многими полезными людьми. Но вот насчет дальнейшего неформального общения с ним: не знаю, готов ли я? Хорошо, посмотрим, как пойдет.” - Тара водится в этом доме? - спросил Володя, усевшись на табурет. - Или “из горла” прикажете? - Держи. - сказал Андрей, ставя одну рюмку на стол. - Палыч, а ты? - Нет, я пас. Мне завтра с утра за руль. - Ну что же с тобой поделать? Не хочешь, как хочешь. А я вмажу. Володя налил себе полную рюмку и залпом выпил. Глаза его медленно закрылись, а рот растянулся в блаженной улыбке. Андрей терпеливо ждал. - Знаешь, - Володя вдруг очнулся и резко дернул головой, словно бы стряхивая последние сомнения. Не настолько он, оказывается, был и пьян. - а мне в детстве нравилось по выходным ездить с родителями в деревню к родственникам. И хотя там было много желающих нас принять, но мы чаще всего останавливались именно у тети Любы, маминой сестры, а от нее уже ходили в гости к бабушке на соседнюю улицу. “Интересно девочки пляшут! - удивился Андрей. - Вот тебе и продолжение. Раньше его никогда на подобные темы не тянуло.” - Правда, пока доберешься в эту станицу Солдатскую... Помню, как же мне было плохо во время двухчасовой езды на всех этих старючих автобусах, бессменно колесивших по одному и тому же маршруту, похоже, еще со времен войны. Ты представить себе не можешь, какой там стоял невообразимый грохот! Мне, порой, казалось, что какой-то чокнутый, но при этом опытный, дирижер специально подобрал целый оркестр фальшивящих на любой лад инструментов, причем, лишь с одной целью - на всю жизнь оглушить всякого, кто решится послушать. И это еще полбеды. Пока ехали по асфальту - можно было терпеть, но стоило свернуть на проселочную, как безумная сюита мгновенно достигала своего апогея. Кроме того, во все щели клубами-щупальцами начинала заползать дорожная пыль, представлявшаяся моему детскому воображению настоящим чудовищем, внезапно появившемся с одной целью - поглотить меня... Да, там действительно было невозможно дышать. Поэтому меня часто тошнило, но я терпел изо всех сил, потому что было как-то неловко просить водителя остановиться... Зато потом, после всех этих мучений в газовой камере, бывало вырвешься на свободу и как помчишься наперегонки с ветром, всеми жабрами впитывая чистейший воздух! Мама тут же вдогонку: “Сынок, куда тебя опять понесло? Нам же в другую сторону.” Дальше идешь себе спокойненько по деревне и любуешься белыми облачками цветущих вишен, неторопливо плывущих вдоль всей улицы. Тишина такая, что кажется вот-вот начнешь слышать шорох каждого листочка... Не знаю, почему, но меня всегда там охватывало какое-то неземное блаженство... Володя, не обращая внимания на Андрея, налил себе еще рюмку и также залпом выпил. - Мне там очень нравилось... Не то, что моему младшему братишке. - тут он внезапно вспомнил, где находится, и внимательно посмотрел на Андрея. - Кстати, я тебе не рассказывал про него? - Нет. А у тебя есть брат? - Да. Вот только давненько мы с ним не виделись. Он в прошлом году поступил в МЭИ и превратился в редкого гостя на наших курортах... Ладно, молодец, добился своего, пусть теперь учится...Так вот в детстве его в деревню и не затащишь. Видите ли, он не может без своих одноклассников, а еще там плохо пахнет, коровы ходят без присмотра, повсюду грязь, да и как тут люди, вообще, могут жить без асфальтированных улиц... Надо же! И в кого он только такой городской уродился? А мне там было здорово! Меня ведь, начиная с первого класса, на все лето у тети Любы оставляли, поэтому появилось много новых друзей. Помню, особенно сошлись мы с одним Витькой. Его дом напротив бабушкиного стоял. Этот сорванец был моим ровесником, да еще фанател, как и я в то время, от футбола. Он часами без остановки перечислял мне по фамилиям игроков из разных клубов, подробно описывал все забитые ими голы и ни одного матча по телеку не пропускал. Сумасшедшие! Мы с ним тогда могли целый день гонять мяч, играя один на один на расположенном сразу за околицей футбольном поле, точнее на его некотором подобии, потому что не было никаких границ, а только кривые ворота, местными умельцами кое-как сколоченные из поваленных бурей деревьев. Помню, набегаемся под палящими лучами солнца до потери пульса, а потом - срочно купаться в крошечном изумрудном прудике, почти заросшем осокой вперемешку с камышом, распугивая сотнями брызг и радостными воплями чьих-то недовольных подобным поведением уток... Володя вдруг замер на полуслове. Андрей смотрел на него, пораженный произошедшими прямо на его глазах переменами и совершенно неуверенный в том, что раньше был знаком с этим парнем. Куда только подевался, тот холодный цинизм и дешевое бахвальство, которыми Володя его раньше так раздражал? Более того, теперь уже Андрей не стал бы, как обычно, яростно спорить о том, что, порой, всего за несколько минут ничего не значащего разговора можно кардинально поменять свое мнение о человеке. Знакомые черты лица: высокий лоб с залысинами по углам, слегка вздернутый нос, тонкие нервные губы, зашкаливавшая эмоциями мимика, все это вдруг превратилось в застывшую гипсовую маску, прижизненно снятую с очень энергичного человека. И только где-то в глубине его серо-зеленых глаз яростно бушевал скрытый до определенного момента огонь, теперь же прорвавший все преграды и неумолимо рвущийся наружу, от которого невозможно было оторвать взгляд. Володя, несмотря на речи восторженного ребенка, казался Андрею больше похожим на умудренного опытом старика, пусть и прошедшего нелегкий жизненный путь, но сумевшего не ожесточиться сердцем и переварить все полученные от судьбы обиды. Андрей почувствовал, что в эти мгновения пылкая душа его обновленного “старого” приятеля полностью овладела своим телом и действительно жила по-настоящему, “на полную катушку”, презрев ничтожные условности человеческого сознания и установив максимально искренний контакт с душой другого человека. - Еще я так любил кататься на велике. - замершие было черты Володи оживились. Восторг от воспоминаний вновь заиграл первой скрипкой. Взгляд, хоть и казался устремленным куда-то вдаль, но был полностью об