– А…ну, и что? О чём ты хотела поговорить со мной? – у меня складывается ощущение, что Джин всё ещё пьяная. Иначе как объяснить то, что она ничего не понимает и никого не помнит!? Или очень хорошо притворяется. Хотя, с чего бы это?
– Вчера Лиззи вышвырнула её из Лис. А ты взяла её к нам, в Кобры! – я почти срываюсь на крик, но Джек кладёт руку мне на плечо, совсем как мама папе, и я успокаиваюсь от приятного жеста.
– Я? Взяла к нам? Ты что-то путаешь, я не помню такого, – либо Джин прекрасная актриса, либо она действительно алкоголичка, которая в первые десять минут вечера напилась до потери памяти.
– Ты была пьяная. Сказала, что за победу я могу желать чего угодно. И я пожелала взять её к нам, – уже более спокойно объясняю я.
– Серьёзно? Ты пожелала взять эту бестолочь к нам?! – девушка заваливается спиной и головой назад и смеётся. Её смех бесконечен и раздражителен, отчего я почти вскакиваю, чтобы задушить её на месте, но рука Джека на моём плече сжимается, удерживая меня на месте.
– Она вовсе не бестолочь! Дарси была моей подругой! А сегодня её убили! Тебе что, плевать?! – и всё же я срываюсь на крик. Тут уже никто не поможет. Мне хочется кричать на эту девушку. Хочется донести до неё то, какая она бессердечная!
– Не ори на меня…, – Джин спрыгивает со стола и грозно смотрит на меня. Момент, и она уже нависла надо мной, словно сокол над добычей, и прожигает глазами.
– А ты открой глаза и включи мозг, – огрызаюсь я, сгорая от злости.
– Да кому была нужна эта Дарси! Её в Лисы то взяли лишь ради боя! Она сказала, что может тебя победить, и Лиззи не стала травмировать своих девочек. А потом вышвырнула её…и правильно сделала! Эта Дарси была той ещё выскочкой, возомнила о себе, как о крутой девчонке… когда она приехала к нам в школу в том году и узнала, что тут, да как, стала нарушать все правила и пыталась устанавливать свои. Её хотели избить до смерти наши банды. Потом она затихла, и её травили не так жестоко, но всё-таки частенько ставили на место. Так что она сама виновата, и я не удивлена, что её убили…, – каждое слово Джин резало меня, как кинжал. До чего нужно быть гнусными людьми, чтобы так истязаться над человеком. А она не унывала…весело хохотала и даже на бой со мной вызвалась… я не верю, что она не давала отпор своим обидчикам…
– Заткнись! – крикнула я, не в силах больше это слышать, – заткнись! Заткнись!!! – я рванула с дивана, чтобы выдрать этой змее все волосы, но Джек прижал меня к себе, не давая пошевелиться.
– Элис, успокойся, – мягко сказал он, но я не остыла. Я отныне никогда не буду спокойна при виде Джин Диспансерс! Таких тварей, как она, ещё поискать нужно! Хотя, есть такие. Лиззи и Дьюк, например. Наверное, Волки действительно самая справедливая стая.
– Ты теперь не Кобра, тварь, – выплюнула мне в лицо Джин и отошла.
Джек вывел меня из кабинета. Буквально выволок оттуда! Я вся дрожала от злости и потрясения.
– Стерва, – шикнула я, и слёзы полились градом.
– Эй, ну ты чего? – Джек обнимает меня, и я утыкаюсь носом в сильную грудь.
От него всё ещё пахнет волшебными духами, сводящими меня с ума. Он нежно гладит меня по голове и перебирает мои волосы.
– Ну, как так можно с людьми? Как можно быть такой сволочью? – выдавливаю я, шмыгая носом. Обычные слёзы переходят в рыдания. Майка Джека с каждым моим вздохом становится влажнее.
– Они просто есть, Элис… их много. Но хороших людей ещё больше. Не забывай об этом, – Джек обхватывает моё лицо своими руками и поднимает на себя. Я смотрю в красивые глаза и вижу в них лишь нежностью и доброту. Он хороший. Я это точно знаю. Он не окажется такой же сволочью, как Джин…, – знаешь, что обиднее всего? – я вытираю слёзы. Кажется, успокаиваюсь. Отрицательно мотаю головой из стороны в сторону, – обиднее всего, Элис, то, что этих людей не заботит ничто. Им легче. Они эгоисты. А хорошим приходится думать. И слушать порывы совести, – парень горько усмехается. Он бесконечно прав. И бесконечно умён. Наверное, со стороны я просто сумасшедшая, бешеная девчонка. Неразумная…
– Пойдём домой…, – шепчу я, всё ещё вытирая слёзы рукавом толстовки. В голову приходит замечательная идея…
Джек кивает и ведёт меня к лестнице. Лампочка в середине коридора то потухает, то загорается, как в страшилке. Но мне не страшно рядом с Джеком. Мне кажется, что эта лампочка просто смущается при виде парня, как и я. Она стесняется светить слишком ярко, чтобы не разозлить его.
В баре уже достаточно пьяных Кобр. Но мне они теперь не интересны. Это не моя стая и никогда она не была моей. Гораздо лучше мне в одиночку. Но в голову невольно крадётся мысль, что ещё лучше мне с Волками…по крайней мере, с одним точно… Мы выходим из бара, и свежий воздух сразу "отрезвляет" меня. Я дышу полной грудью, наслаждаясь свежестью весеннего вечера. Точнее не вечера, а ночи. Сейчас не больше десяти часов, но солнце уже почти село. Лишь далеко на горизонте ещё поблескивает алая полоса.