И тут озарение нападает на меня, избивая во всех частях тела, которые ноют. Вчера мы с моей новой знакомой Дарси и также новым знакомым Брейвом напились в хлам, отмечая прибытие Дарси в нашу стаю Кобр. Затем мы, кажется, танцевали на барной стойке... ужасно стыдно. Моё лицо вмиг заливается краской, и я впадаю в жар, вспомнив, как целовалась с Брейвом. Это ведь был мой первый поцелуй! Чёрт... Я пытаюсь подняться с кровати, и это даётся мне с большим трудом. Кажется, меня вновь избила орда разъярённых девчонок... я встаю напротив зеркала и понимаю, что спала в одном нижнем белье. Ну, конечно, это мама меня раздевала... Чёрт, мама!!! Это же они унесли меня оттуда. Щёки начинают пылать, и у меня появляется желание выпрыгнуть из окна. Снова. На этот раз, чтобы никто меня не ловил.
Я встаю напротив зеркала. В нём отражается нечто, подобное человеку, но всё же нечто. Волосы растрёпаны, завязаны в "морские узлы" и скатаны так, что красные кончики создают имитацию пожара на голове. На щеке сияет огромный след от кулака Дарси. Царапина на противоположной щеке тоже меня совсем не украшает. Я же вчера ещё и на спину упала! Вот поэтому и хожу еле-еле... А всё из-за Джека. Что на него вчера нашло? Может, тоже много выпил...
Я оборачиваюсь, чтобы рассмотреть свою спину. На ней сияет продолжительная царапина от ключицы до поясницы. Вокруг царапины расплывчатый синяк. Прекрасно...
Я выхожу из комнаты, стараясь двигаться тихо и не шуметь. Мало ли родители спят. Хотя я уверена, - они не спят. И ещё я уверена, что сейчас часа три, не меньше, и я проспала школу. Вот кто придумал устраивать вечеринки в понедельники? Конечно, банды. Им можно вообще в школу не ходить, они захватили этот город. Но они ходят, потому что там и устраивают свои разборки. И показывают, конечно, кто главный. Это ведь их любимое занятие! Фу, аж тошно.
Я захожу на кухню и застою там маму с папой. Они сидят за столом тихо-тихо, будто не хотят, чтобы их застали. При виде меня встают со своих мест, и за стол сажусь я. А они опускаются на стулья по обе стороны от меня.
- Нам нужно серьёзно поговорить, - тоном, не принимающим возражений, говорит папа. Мама молчит...
- Обязательно сейчас? Может, подождём, пока я буду в состоянии? - хнычу я, но, видя грозный вид отца, замолкаю и делаюсь серьёзной.
- Вчера ты сбежала из дома. Без нашего разрешения, - констатирует он, а мы с мамой внимательно слушаем, - оставила телефон. Ушла на вечеринку и напилась в хлам. Я не потерплю такого отношения к нам с мамой, Элис! - папа срывается на крик. Но я сижу и стойко терплю. Сама виновата. Знала же, что так будет.
- У меня была на то причина, - только и говорю я, опускаю глаза в стол и замолкаю. Я чувствую на себе холодный папин взгляд. Меня коробит от него, но я терплю, повторяя себе, что сама во всём виновата.
- Да?! И какая же? Парень твой позвал?! Ты хоть представляешь, как мы с матерью волновались?! - орёт папа. На последнем предложении он вскакивает из-за стола и ударяет по нему кулаком, отчего я закипаю. На последнем слове я вскакиваю тоже, хлопая по столу ладонью, но не так громко, как отец. Хотя мама дёргается именно при звуке моего хлопка.
- Понимаю! Я прекрасно понимаю, что вы сходили с ума, папа! Но ты сам посадил меня на цепь, а мне очень нужно было на этот чёртов бой!!! - кричу я, а потом стихаю, понимая, что сболтнула лишнего...
- Бой? - спокойно спрашивает отец, как будто его это успокоило.
- Да..., - пищу я и оседаю на стул. Сейчас будет взрыв...
- Что ещё за бой? Ты в нём участвовала? - отец спокоен, будто не он только что сокрушал дом своим криком, будто громом во время грозы. Его голос всегда подобен грохоту, особенно, когда он кричит. Мама всегда молчит в такие моменты, и я вижу, что ей становится страшно. Сама же я уже привыкла. Видимо, взрывной характер у меня в отца. Я тоже могу внезапно стукнуть кулаком по столу и ни с того ни с сего закричать.
- Я сама вызвалась драться. Всё прошло хорошо, я выиграла и подружилась с соперницей. Всё, - сухо сказала я и встала из-за стола. Но уйти мне, конечно, никто не позволил. Отец встал на моём пути.
- Ты могла отказаться. Но вместо этого ты сбежала из дома, чем чуть не довела до инфаркта нас с матерью! - рявкнул он, и я вновь опустилась на стул.
- Простите меня... я не могла по-другому...
Мама встала из-за стола, опустила руку папе на плечо и слегка его сжала. Таким образом она оказывала поддержку. В её глазах стояли слёзы. О, нет... не могу на них смотреть. Это невыносимо!
- Дилан, ей уже не пять... бесполезно закрывать её дома, хватит, - спокойным тоном сказала мама, всхлипнула и вышла из кухни. Очевидно, чтобы не плакать при нас. Папа осуждающе глянул на меня и пошёл за мамой. Сама виновата... довела родителей.