Я вновь выкидываю очередную ручку. Да-да, именно выкидываю. Ручка сама каждый месяц просится в руки, и я пишу все свои мысли. Это глупо, возможно. Главное, чтобы мама с папой не нашли заветную книжечку. Пишу я вновь ночью. Другое свободное время я лежу в кровати и смотрю в потолок, ожидая ночи. Я совсем перестала бояться темноты! Каждую ночь я езжу по городу на своём новеньком автомобиле, который мне подарили родители на День рождения. Он был в прошлом месяце. Они копили мне на подарок весь год, и я не знаю, как отблагодарить их и сделать подобный к новому году. Они знают, что я уезжаю ночами, и разговаривали со мной об этом уже не раз. Но отговорить меня уходить из дома не смогли, а потому взяли с меня слово быть осторожнее. Я им, конечно, поклялась, но я не могу быть уверенной, что смогу сдержать его. Всё-таки вместе со мной ночью по городу бродят некоторые банды, хоть это и редко бывает.
Моими граффити уже расписаны все свободные стены. В основном в районах, где мало жилых домов и много старых "руин". Собираю рюкзак с баллончиками, надеваю неизменную чёрную толстовку поверх футболки и выхожу из комнаты. Теперь можно уходить через дверь, а не выпрыгивать из окна, как сумасшедшая.
На красном "Renault Kwid" ехать куда приятнее, ведь он мой и только мой. И пусть это дешёвый и старенький внедорожник, я люблю его всем сердцем. Он стал моим лучшим другом на эти бессонные ночи, что я провожу. Под моими глазами, конечно, мешки, но чувствую я себя вполне бодро. Я еду в конец города, чтобы найти какое-нибудь заброшенное здание и украсить надписью своей души.
Оставляю своего "красавца" у обочины, а сама иду к бетонному сооружению, напоминающему обвалившийся одноэтажный дом. Залезть внутрь не трудно: одна стена в нём полностью отсутствует. А вот внутри меня окружают аж три гладкие поверхности, и меня посещает мысль...
Я рисую, рисую и не замечаю, как несётся время. На улице всё ещё тёмная ночь, на часах четыре часа. Баллончики с краской расставлены по полу, и я меняю их с бешеной скоростью. Из динамиков моего телефона разносится современная танцевальная музыка, и одновременно с рисованием я ещё и подтанцовываю в такт. Всё получается так, как я задумала, и идея понемногу воплощается в реальность. Вот, на одной из стен уже нарисована идеальная, словно настоящая, огромная рука, указывающая пальцем вниз. Осталось нарисовать такую же и на других двух стенах.
Но что-то, как всегда, идёт не по плану. Издалека раздаётся свист и громкий голос.
- Эй! - доносится до меня. Кажется, сердце уходит в пятки. Если это полиция, то мне крышка...
Я, на свой страх и риск, выхожу из окружения стен. В моей руке баллон с жёлтой краской. Я с облегчением выдыхаю, когда вижу перед собой какого-то парня. Он намного старше, чем подросток. Это видно по щетине, которую я разглядела в темноте. Да и по телосложению он на подростка не похож. А уж на полицейского тем более. Хотя...кто его знает.
- Ты что там делаешь? - кричит мне парень и приближается. Вот тут я понимаю, что выдыхать рано. А вдруг он маньяк!
- Я? - тупо спрашиваю я, чтобы потянуть время. Осторожно, будто оружие, опускаю баллон на бетонный пол и также медленно поднимаюсь.
- Ну, не я же! - парень уже очень близко и вот-вот залезет в здание. Ко мне!
Сердце подпрыгивает до горла, и адреналин в висках становиться невыносимым. Бежать! "Бежать!" - кричит он мне, и я покорно слушаюсь. Открыв в себе второе дыхание, я срываюсь с места. Парень не теряется и срывается вместе со мной. До машины! Лишь бы добежать до машины, и хрен с ними, с баллонами!
Я бегу изо всех сил, но враг догоняет. Что ему от меня нужно? Не время задавать вопросы! Главное - бежать! Бежать, как можно быстрее. Горло раздирает от сбившегося дыхания, и я бешено глотаю воздух ртом. Ноги болят так сильно, что мне кажется, ещё немного, и они просто откажутся со мной сотрудничать! Помашут ручкой и скажут: "А дальше на руках!"
Вот она, машина! Прямо передо мной! Обрадовавшись, я забываю смотреть под ноги и запинаюсь о камень. Парень подбегает ко мне, а я прямо перед ним грохаюсь на землю, на острые камни. Мало того, я рву джинсы, бью локти и колени, а потом головой прикладываюсь прямо на какой-то острый камень.