Дарк взглянул на рясу, скрывающую его доспехи. – У нашего таинственного гостя. Мертвеца, которого мы нашли прошлой ночью. Она слегка заляпана кровью, но на чёрном не очень заметно.
- Лучше бы я не спрашивал.
- Он пригодился. Прошу прощения, что не мог добраться сюда раньше, и предупредить тоже не смог. По крайней мере, они вас не убили.
- Это всегда плюс. Как там дела снаружи? Кстати, я даже не знаю, который сейчас час.
- Далеко за полдень, скоро начнёт смеркаться. Там какая-то суета поднялась.
- Правда? – задумчиво спросил Доктор. Хенк и Феброн, казалось, чего-то ждали и даже волновались. – Интересно, не на сегодня ли намечено особо важное событие?
Вновь сев на стул, который он освободил всего несколько мгновений назад, Доктор подкатился к компьютерному терминалу и надел очки. Щёлкнул выключатель, и экраны осветили тёмное помещение, а Доктор увлечённо подался вперёд. Теперь, когда он знал ситуацию, мириады цифр перед ним начали обретать смысл.
Дарка, тем временем, ошарашила внезапная вспышка технологической дьявольщины. Чувствуя себя неуютно, он попятился назад. – Что это, Доктор? Что за танцующие символы, что за неестественный свет... Это невозможно.
- О, невозможное обычно возможно, просто до этого ещё не додумались. Когда-то я знал человека, который до завтрака успевал сделать двенадцать невозможных вещей. Всё всегда заканчивалось тем, что он сжигал свой тост. А! – с энтузиазмом воскликнул Доктор.
- Что? Вы поранились? – Дарк шагнул вперёд, положив руку на эфес меча, готовый к тому, что металлический монстр оживёт и нападёт.
- Нет-нет, порядок.
Доктор показал на картинку на экране, вызвавшую его вскрик. Один из монахов Хенка приветствовал трёх высоких, серых пришельцев. – Эти парни – сайлутраксы, и если только они не заглянули по случаю на чашечку чая, то у них тут какие-то дела с епископом.
Доктор задумчиво просмотрел изображения со всех остальных камер. Неудивительно, что Хенк стремился запереть его и убрать с дороги. Собор кипел жизнью.
- Интересно. Они выкачивают криллитанское масло и перегоняют его на маленькую фабрику в одном из зданий у реки. Там его разливают по бочкам. Бочки легко продавать. Но сначала оно проходит какой-то дистилляционный процесс, - он взглянул на закрытую дверь, ведущую в подземелье. – Где-то там.
Дарк проследил за его взглядом. – Эти криллитанцы и есть тот самый ужас, о котором вы говорили раньше? Чудовища со звёзд?
- Не совсем со звёзд, а скорее из звёздных скоплений, которые они завоевали и объявили своей собственностью.
- Кто же тогда эти люди, захватившие собор?
- Всякие разные монстры. Общее у них лишь одно. Они охвачены скупостью, алчностью и жаждой наживы. Так что главный вопрос, с кем из чудовищ мне договориться в первую очередь, и как?
Доктор проверил столбцы данных, отслеживающих жизненные показатели пленных криллитанцев, на сей раз уделив больше внимания подробностям. – Ну, раз уж мы здесь, можно начать и с криллитанцев. Их кормят идеально сбалансированным питанием, смесью витаминов, белков и животного жира, через специальные трубки, но Феброн постоянно добавляет седативные вещества. Если я изменю дозировку, то, наверное, смогу разбудить одного из них и получить кое-какие ответы.
- Или мы можем перерезать им глотки, пока они спят, - предложил Дарк, искоса глядя на Доктора. – Убьем двух зайцев одним ударом. Никаких больше чудовищ.
- Хладнокровно? Это не в моем стиле, капитан. Совсем не в моём стиле, - с этими словами Доктор, решившись, снизил уровень успокоительных криллитанца, который выглядел наименее погружённым в бессознательное состояние. Того же самого криллитанца, которого недавно изучала Феброн.
- Приготовьтесь, капитан. Сейчас вы встретитесь с самим Охотником Дьявола во плоти. Со всеми тринадцатью.
Сны налагались один на другой, мешанина вздохов и звуков, из воспоминаний, из воображения, но все такие настоящие.
Мать Стаи улетала от него, он никак не мог до неё дотянуться, её голову поглощало пламя, она кричала, умирала. Потом перед глазами возникал объёмный, толстый образ Хенка, смеющегося ему в лицо. Сломанное Крыло бросался на него, но руки его не слушались, Хенк растворялся, превращался в Феброн, держащую в руках какой-то тупой металлический предмет, который она втыкала ему в тело. Рык ярости застывал в его горле. Он ничего не мог сделать. Ничего.
А потом слышался звук молитвы, осторожные шаги, запах лёгкой жертвы.