Низкий, горловой рык нарушил тишину, и Феброн закрыла глаза, чувствуя, что Сломанное Крыло ждёт её совсем рядом.
Она должна выбираться отсюда, немедленно.
Всхлипнув, Феброн бросилась бежать и тут же услышала позади скрежет когтей по каменному полу. Она оглянулась назад. Сломанное Крыло выпрыгнул из тени и почти настигал её. Женщина нырнула в одну из криллитанских ниш, протиснувшись мимо кожистого тела спящего животного. Проход был узким, слишком узким, чтобы Сломанное Крыло последовал за нею, и это её единственный шанс на спасение. От одной ниши к другой, отодвигая с пути тянущиеся кабели, отчаянно пытаясь добраться до двери.
Когтистая лапа внезапно просвистела над нею, промахнувшись мимо плеча на считанные миллиметры. Каким-то образом Сломанное Крыло сумел забраться в узкое пространство над нишами, перебираясь по нему быстрее, чем Феброн прокладывала свой путь сквозь массу тел и технологическую паутину. Она упала на пол и боком перекатилась обратно к центральному проходу. Там, перед нею, всего в нескольких метрах находилась дверь. Феброн вскочила на ноги и бездумно побежала. Дверь так мучительно близко. Всего несколько шагов. У неё получится. Потом она почувствовала, как её коленный сустав с хрустом неестественно вывернулся, нога подломилась под нею, и Феброн упала, сильно ударившись лицом об каменные плиты пола.
Она потянулась вверх, стремясь к двери, но та стала отодвигаться от неё. Нет, это её саму потянули назад, дальше от двери, назад в темноту, где её ждал Сломанное Крыло, предвкушая месть.
- Эй, пора просыпаться, блестящие пальчики. Я знаю, ты партизанишь, - Доктор стоял над криллитанкой, засунув руки в карманы. Он легонько наступил ей на ногу кончиком своего кеда и подождал. – Никто не спит так беззвучно, если только тайком не подслушивает чужие разговоры.
Ток’Лу с неохотой перекатилась и села, вызывающе ему улыбнувшись.
Доктор присел на корточки, опустившись до уровня стального взгляда ярко-синих калабрианских глаз, за которыми заперли криллитанку – Я разговаривал с твоим другом. Не знаю, как его зовут – тот, у которого сломано крыло. Он рассказал мне, что ты и твоя стая бежали с родины, а потом связались с бандой Хенка. Интересно, от кого же вы бежали? Ммм?
- Вас это не касается, - коротко ответила Ток’Лу.
- Вообще-то, касается. Понимаешь, сейчас к этой планете летит корабль. Корабль, посланный кем-то, кто страстно желает отследить местонахождение нашего господина Хенка. Но у меня есть теория, что на самом деле они ищут кого-то другого. Кого-то, кто не так хорошо защищён. Беглеца, возможно. Есть идеи?
- Когда прибывает этот корабль? – Ток’Лу заметно побледнела.
- Может приземлиться в любой момент. Ты, кажется, забеспокоилась.
Ток’Лу встала и зашагала по комнате, погрузившись в мысли. Она остановилась и повернулась к Доктору лицом: - Мне нужна твоя помощь. Сними с меня этот ошейник, чтобы я могла принять свою криллитанскую форму. Я должна освободить своих собратьев, прежде чем прибудет корабль.
- И почему же я должен захотеть это сделать? Я не собираюсь отпускать свору голодных криллитанцев посреди города, населённого вкусными людьми, только потому, что ты этого пожелала. Ты даже не сказала «пожалуйста».
Криллитанка с презрением посмотрела на Доктора. – Моя стая будет наименьшей бедой этого мира, если мы всё ещё останемся здесь, когда тот корабль приземлится.
- Что ты имеешь в виду?
- Если они ищут меня, а не Хенка, то мы все умрём. Наш предводитель, Почитаемый Отец, не остановится ни перед чем, чтобы поймать меня, даже если потребуется перебить всех живых существ этого жалкого мира.
- Ну почему я всегда оказываюсь прав? – Доктор в расстройстве запустил руку в свою шевелюру. – И что же именно ты натворила, чтобы так его разозлить?
Явно очень взволнованная Ток’Лу прошлась по комнате. – Почитаемый Отец отказывается признавать, что нам предназначена великая участь. Его ограничивают старые представления о жизни, он застрял в прошлом, но криллитанская раса может стать чем-то большим, чем генетические падальщики. Мне и моим последователям не оставалось ничего иного, как только свергнуть его, но нас предали, и я была вынуждена отправиться в изгнание.
Она взглянула на верхнее окно, потерявшись в горьких воспоминаниях. – Предводителю криллитанцев нельзя показывать свою слабость – его власть необратимо расшатается. Он поймёт, что моя неверность наказана публично.
- Если бы я сюда не прилетела... - в ужасе прошептала Эмили. – Я во всём виновата. У людей в городе нет ни малейшего шанса. Это будет резня.