— Вечер, — кивнул он. — Дорожка?
— Да. На час.
— Три доллара. Оружие?
— Нет.
— Тогда еще три доллара за пользование.
Я заплатил за оружие и патроны. Протянул десять однодолларовых купюр. Мужчина взял, выдал мне амуницию и пластиковую бирку с номером семь.
— Седьмая дорожка, в конце. Мишени там же, силуэты B-27, по двадцать центов штука.
— Спасибо.
Прошел через дверь в стрелковую зону. Длинный зал, двенадцать дорожек разделены фанерными перегородками. Бетонные стены, высокий потолок с флуоресцентными лампами. Тут стреляли трое, все мужчины, двое на ближних дорожках, один в дальнем конце. То и дело слышались глухие звуки выстрелов, эхом отдающиеся от стен.
Седьмая дорожка свободна. Я закрыл уши берушами, окружающие звуки утихли. Взял две мишени B-27 с соседнего стола, бумажные силуэты человека, черные на белом фоне. Прикрепил одну к держателю, нажал кнопку, мотор загудел, мишень поехала по тросу вглубь дорожки. Остановил на расстоянии двадцать пять футов.
Я взял выданный пистолет, Browning Hi-Power, бельгийского производства, калибр девять миллиметров. Черная пластиковая рукоять, затвор стальной вороненый. Магазин на тринадцать патронов, сейчас полный.
Положил пистолет на стол, достал запасной магазин, еще тринадцать патронов Federal девять миллиметров, с полой металлической оболочкой, сто пятнадцать гран. Положил рядом.
Взял Браунинг, проверил, патрон в патроннике, предохранитель включен. Отключил предохранитель большим пальцем, поднял пистолет двумя руками. Встал в стойку, левая нога чуть вперед, корпус под углом, руки согнуты, пистолет на уровне глаз. Как учили в Квантико.
Прицелился в центр силуэта. Прицел и мушка совместились. Дыхание ровное, палец на спусковом крючке.
Выстрел.
Отдача небольшая, в Browning Hi-Power она полегче чем у Smith Wesson.38 Special. Гильза вылетела вправо, звякнула о бетонный пол.
Посмотрел на мишень, попадание в центр грудной клетки, чуть левее сердца. Хорошо.
Выстрелил еще раз. И еще. Методично, без спешки. Пять выстрелов, все в область размером четыре на шесть дюймов в центре силуэта.
Опустил пистолет, глубоко вдохнул. Запах пороха успокаивал. Руки твердые, мысли ясные.
Вчера я стрелял в человека. Сегодня в бумагу. Разница огромная, но движения те же. Прицелиться, выдохнуть и нажать.
Дженкинс вчера был убит наповал, мгновенно. Пуля в лоб, навылет. Чистый выстрел.
Может быть слишком чистый?
Крейг сказал: «Слишком эффективно для новичка.»
Поднял пистолет снова, прицелился в голову силуэта. Маленькая цель, круг диаметром шесть дюймов. С двадцати пяти футов попасть сложно.
Выстрелил.
Попадание в верхнюю часть головы, чуть выше глаз.
Выстрелил еще.
Попадание в центр лба.
Еще.
Попадание справа от центра, но в пределах круга.
Опустил пистолет. Из восьми выстрелов три в голову, пять в грудь. Восемь попаданий из восьми.
Это не удача. А результаты тренировок.
Два раза в неделю ходил в тир с мая. Пятьдесят патронов за сессию, иногда сто. Стрелял по силуэтам, по круглым мишеням, с разных дистанций. Двадцать футов, двадцать пять, пятьдесят. Из служебного Smith Wesson.
Результаты превосходные. В Квантико стрельба была девяносто три процента попаданий. Сейчас, девяносто восемь, может девяносто девять.
Это не магия. Не чистая удача. А результат упорных тренировок.
Магазин опустел, затвор остался в заднем положении. Нажал кнопку, магазин выпал в левую руку. Вставил запасной, отпустил затвор, он лязгнул, досылая патрон в патронник.
Поднял пистолет, прицелился снова. На этот раз в голову, только в голову.
Выстрел. Попадание в центр лба.
Выстрел. Чуть левее.
Выстрел. Чуть правее.
Методично опустошил второй магазин, все тринадцать выстрелов. Нажал кнопку, мишень поехала обратно. Снял с держателя, посмотрел.
Голова силуэта изрешечена, восемь дыр в круге диаметром четыре дюйма. Все попадания смертельные.
Как и вчера.
Дженкинс получил одну пулю в лоб. Мог получить бы еще пять, если бы понадобилось.
Сложил мишень пополам, положил на стол.
Вставил свежий магазин в пистолет, проверил затвор, включил предохранитель. Положил на стол.
Снял беруши. Собрал гильзы с пола, двадцать шесть латунных гильз Federal, еще теплых. Высыпал в ведро для переработки у стены.
Вышел из стрелковой зоны. Мужчина за стойкой поднял глаза от журнала.
— Закончили? Час еще не прошел.
— Достаточно.
— Как вам понравилось?
— Хорошо.
— Приходите еще.
Кивнул, вышел на улицу. Воздух прохладный, солнце садилось за горизонт. Небо оранжево-красное, облака розовые.