Большая комната, стены из стекла, панорамный обзор на весь аэропорт. Взлетные полосы внизу освещены огнями, самолеты стоят на стоянках, грузовики снуют между терминалами.
В центре комнаты стояли ряды консолей с радарами, мониторами и переключателями. Диспетчеры сидели за консолями в наушниках, говорили в микрофоны, отслеживая движение самолетов.
На большом радаре в центре видна карта региона. Майами внизу слева, Куба справа внизу. Зеленые точки самолеты в воздухе. Одна точка двигалась на юго-восток от Майами, мигала красным цветом, это рейс двести двадцать семь.
Старший диспетчер, мужчина лет пятидесяти, с седыми волосами, в очках и белоснежной рубашке с расстегнутым воротником, подошел к нам.
— Агент Брэдшоу? Я Роберт Тернер, старший диспетчер смены. Отслеживаем рейс двести двадцать семь. Вот он. — Он указал на красную точку на радаре. — Высота восемь тысяч футов, продолжает подниматься выше. Курс сто тридцать градусов, скорость триста двадцать миль в час. Направление Гавана, Куба. Расстояние до Кубы сто восемьдесят миль. Время полета примерно тридцать минут.
Брэдшоу кивнул.
— Связь с капитаном?
— Есть. Радиосвязь стабильная. — Тернер подвел нас к консоли, где сидела женщина-диспетчер в наушниках. — Это Мария Гонсалес, ведет связь с рейсом двести двадцать семь.
Мария повернулась, сняла один наушник.
— Капитан Миллер на связи. Докладывает каждые три минуты. Угонщик в кабине, продолжает угрожать пистолетом. Требует лететь на Кубу, не позволяет изменить курс.
Я подошел ближе.
— Как себя ведет капитан? Спокоен? Напряжен?
Мария подумала прежде чем ответить.
— Напряжен, но продолжает контролировать себя. Профессионал. Говорит четко, следует инструкциям угонщика. Угонщик не кричит, открыто не угрожает. Просто держит пистолет у виска и отдает приказы.
Брэдшоу повернулся к Тернеру.
— Кубинцы знают о ситуации?
— Да. Мы уведомили кубинский авиационный контроль. Они сказали что не дадут разрешение на посадку в Гаване без предварительной координации. Если самолет попытается войти в их воздушное пространство без разрешения, поднимут свои истребители.
— Замечательно. — Брэдшоу потер лицо руками. — Значит если он долетит до Кубы, кубинцы могут сбить его или принудить к посадке. В любом случае заложники в опасности.
Моралес спросил:
— Наши истребители могут принудить самолет развернуться? Заставить вернуться в Майами?
Тернер покачал головой.
— Теоретически да. Выпустить предупредительные трассирующие очереди рядом с самолетом, показать что серьезно настроены. Но это высокий риск, угонщик может запаниковать, начать стрелять в экипаж или пассажиров. Или приказать капитану выполнить опасный маневр, самолет может разбиться.
Я смотрел на радар. Красная точка медленно двигалась на юго-восток. Каждую секунду дальше от Майами, ближе к Кубе.
Напряженно думал.
Угонщик сказал «закончить это». Не «попасть на Кубу», не «начать новую жизнь». Закончить.
Что если…
Нет. Слишком страшная мысль.
Но нужно ее проверить.
Я подошел к Марии.
— Можете сейчас же связаться с капитаном Миллером?
Она посмотрела на Брэдшоу. Тот кивнул.
Мария нажала кнопку на консоли, сказала в микрофон:
— Рейс Юнайтед двести двадцать семь, это диспетчерская Майами. Капитан Миллер, слышите меня?
Из динамика послышался напряженный голос капитана:
— Слышу, Майами.
— Капитан, агент ФБР хочет задать вопрос. Разрешаете?
Пауза. Приглушенные голоса на фоне.
Наконец капитан ответил:
— Угонщик разрешает. Но быстро.
Мария кивнула мне. Я наклонился к микрофону.
— Капитан Миллер, это агент Митчелл. Мы уже встречались в кабине вашего самолета. Один вопрос, угонщик контролирует ваш курс? Проверяет навигационные приборы?
На несколько секунд зависла тишина.
Затем капитан сказал:
— Да. Он стоит за моим креслом, смотрит на приборы. Проверяет курс каждую минуту. Он знает как управлять самолетом, понимает что видит.
— Он корректирует курс? Говорит куда именно надо лететь?
Снова пауза.
— Да. Сказал держать курс сто тридцать градусов. Это направление на Гавану.
— Понял. Спасибо, капитан.
Мария отключила микрофон.
Я отступил, размышляя над услышанным.
Угонщик знает принципы управления самолетом. Проверяет курс. Контролирует полет детально.
Не просто сидит с пистолетом и ждет. Активно управляет ситуацией.
Почему? Обычные угонщики просто требуют лететь на Кубу, не вникают в детали навигации. Доверяют пилотам.