В каартире тихо. Слышались только звуки улицы снаружи: проезжающие машины, кто-то зовет детей домой, вдалеке собака лает.
Одиночество.
Встал, прошел на кухню, открыл шкаф над раковиной. Достал бутылку виски, Jack Daniel's, наполовину полная.
Налил в стакан два пальца, без льда.
Вернулся в гостиную, сел, медленно отпил.
Виски обжигал горло и согревал живот.
Думал о Дженнифер. О том как она приехала сюда, как встречала меня дома. Как планировали свадьбу.
Теперь все планы к черту.
Допил виски, налил еще.
Сидел на диване, пил и смотрел в окно.
Вечерело. Свет на улице тускнел. Зажглись фонари, испуская желтое мягкое свечение.
Задремал на диване, не раздеваясь.
Телефон зазвонил резко, громко.
Я проснулся и открыл глаза. Голова тяжелая, во рту сухо. Пожалуй, я выпил слишком много виски.
Телефон настойчиво звонил.
Встал с дивана, прошел к столику и поднял трубку.
— Алло.
— Итан? Это Фрэнк Холлоуэй.
Голос знакомый, владелец стрелкового клуба Фэрфакс, где я иногда тренируюсь.
Я прочистил горло.
— Фрэнк. Доброе утро.
— Извини что беспокою в воскресенье. Разбудил?
— Нет, уже проснулся. — Посмотрел на часы на стене, уже десять ноль пять. — Что случилось?
— У меня к тебе дело. — Фрэнк говорил быстро и деловито. — Судья Джеймс Уинтроп организует частные соревнования по стрельбе сегодня днем. Десять участников, пистолет и винтовка. Один человек заболел, нужна замена. Судья попросил меня найти кого-то хорошего. Я вспомнил про тебя. Ты лучший стрелок из тех что тренируется у меня.
Я потер лицо рукой, пытаясь проснуться окончательно.
— Частные соревнования? Кто участвует?
— Судьи, адвокаты, пара военных. Джентльменская компания. Призовой фонд символический, двести долларов. Хорошая возможность размяться и немного заработать. — Пауза. — И между нами, Итан, судья Уинтроп влиятельный человек. Окружной судья, связи в Конгрессе. Полезное знакомство для агента ФБР.
Я подумал. С одной стороны, хотел просто остаться дома, лежать на диване и жалеть себя.
С другой стороны, стрельба отвлечет от моей ситуации. Заставит сфокусироваться на чем-то кроме Дженнифер.
— Когда и где?
— Сегодня, начало в два часа дня. Частный полигон в Потомаке, Ривер-роуд. Я дам точный адрес. Приедешь?
— Хорошо. Буду.
— Отлично! — Фрэнк обрадовался. — Два этапа, пистолет на двадцать пять и пятьдесят ярдов, винтовка на сто ярдов. Приноси свое оружие, патроны тоже свои. Или можешь получить тут. Одежда любая удобная, ничего формального. До встречи, Итан.
— До встречи, Фрэнк.
Положил трубку.
Постоял у телефона, подумал.
Соревнования через четыре часа. Нужно подготовиться.
Прошел в ванную, принял душ, горячая вода разогнала остатки сна и похмелья. Побрился и почистил зубы.
Вернулся в спальню, оделся. Темно-синие джинсы Levi's, клетчатая рубашка с короткими рукавами, коричневые кожаные ботинки.
Прошел на кухню, приготовил завтрак: яичница из трех яиц, тост с маслом, черный кофе из турки. Ел медленно, читал вчерашнюю газету Washington Post.
На первой полосе статья про Уотергейт. На третьей репортаж про Олимпиаду в Мюнхене, начнется через три недели.
Допил кофе и убрал посуду.
Телефон снова зазвонил.
Поднял трубку.
— Алло.
— Итан, это мама.
Голос матери, Мэри Митчелл. Теплый, заботливый, но с нотками беспокойства.
— Привет, мам.
— Привет, дорогой. Как ты? Я видела новости про угон самолета в Майами. Ты тоже там был?
— Да. Все закончилось хорошо. Угонщик сдался, никто не пострадал.
— Слава богу. — Она вздохнула с облегчением. — Я так волновалась когда увидела. Отец тоже. Ты в порядке?
— В порядке, мам. Не волнуйся.
Пауза. Затем голос стал осторожнее:
— Итан… Дженнифер приехала вчера? Вы обсудили свадьбу? У вас все в порядке?
Я закрыл глаза. Не хотел говорить об этом. Но мать не отстанет.
— Нет. Она не приехала. Позвонила вчера вечером. Сказала что разрывает помолвку.
Мать помолчала на другом конце линии.
Затем тихо:
— Мне так жаль, Итан.
— Все в порядке.
— Нет, не в порядке. Я знаю что ты любишь ее. — Пауза. — Что случилось? Почему она так решила?
Я посмотрел в окно. Солнце пробивалось сквозь облака, освещало улицу.
— Сказала что я выбрал работу вместо нее. Что всегда буду выбирать работу. Что она не может жить так.
Мама вздохнула.
— Может быть она права, Итан.
Я нахмурился.
— Что?
— Ты отдаешь себя работе слишком много. С тех пор как пошел в ФБР, ты живешь только этим. Дела, расследования, командировки. Когда последний раз ты брал выходной просто чтобы отдохнуть? Когда последний раз навещал нас?