Вернулся к столу.
К восьми вечера я перенес данные за первые четыре месяца, сто двадцать два дня, семьсот тридцать две строки цифр. Пальцы правой руки почернели от грифеля. На столе лежали заточенные огрызки трех карандашей, стружка в пепельнице, которую я приспособил под мусорку.
Глава 8
График
Начал чертить графики.
На второй странице тетради появилась горизонтальная ось, дни, с первого апреля по тридцать первое июля. Вертикальная ось обозначала уровень в футах и дюймах.
Шесть линий по одной на каждый резервуар, разными цветами карандаша. Точнее, одним, у меня только простой. Пришлось маркировать линии номерами и пунктирами.
Резервуары с первого по третий вели себя предсказуемо. Уровни менялись равномерно, нефть приходила по трубопроводу, уходила при загрузке танкеров, в промежутках происходило медленное снижение на долю дюйма в сутки, нормативные потери на испарение и усадку. Кривые плавные, с регулярными зубцами вверх-вниз, как пилообразная волна.
Резервуар номер пять то же самое. Номер шесть аналогично.
Резервуар номер четыре.
Я наклонился ближе к бумаге. Лампа отбрасывала тень от карандаша на линии графика.
Кривая четвертого резервуара резко отличалась. Общий рисунок тот же, пила, вверх-вниз, приход и расход.
Но раз в двенадцать-четырнадцать дней есть дополнительный провал. Небольшой, на три-четыре дюйма сверх нормального суточного снижения.
Незаметный, если смотреть на отдельный день. Видимый, если нарисовать весь ряд на одном листе.
Я взял линейку. Соединил нижние точки провалов пунктирной линией.
Тут просматривался явный ритм. Это не случайный разброс, я видел регулярный интервал, от двенадцати до четырнадцати дней, как часы.
Посмотрел на даты провалов. Отметил их в блокноте. Первый 14 апреля, пятница. Второй 27 апреля, в четверг.
Третий 10 мая, среда. Четвертый 23 мая, вторник. Пятый 5 июня, понедельник. Шестой 18 июня, воскресенье. Дни недели разные. Но временной интервал стабильный.
Проверил суточные карты за эти даты. Провалы всегда между вечерним замером одного дня и утренним замером следующего. Ночь. Все шесть раз произошли в ночную смену.
Обвел шесть дат кружками. Красный карандаш не нашелся, обвел синей ручкой «Бик», дважды, чтобы выделялось.
Продолжил за июль, август, сентябрь. За четыре месяца обнаружил еще шесть провалов. Тот же ритм. Тот же резервуар. Та же ночная смена.
Двенадцать кружков на графике.
Я откинулся на спинку стула. Пружина скрипнула.
Телевизор за стеной замолчал, видимо, сосед лег спать. С парковки доносились приглушенные голоса и хлопанье дверей, кто-то поздно заселялся. Кондиционер ровно гудел.
Посмотрел на часы, «Таймекс» на запястье показывал десять сорок. Я провел за столом четыре с лишним часа.
Нужен телефон.
Телефон стоял на тумбочке у кровати, бежевый, дисковый, «Белл Систем», с наклейкой отеля на корпусе и инструкцией по набору: «9 — выход на город, 0 — оператор». Для междугороднего звонка надо выходить на оператора.
Снял трубку. Набрал «0».
— Оператор. Чем могу помочь?
— Междугородний, Вашингтон, округ Колумбия. — Продиктовал номер. Домашний номер Томпсона, не рабочий. В десять сорок вечера босс дома, и звонок на домашний означает, что дело не терпит до утра. Томпсон это знает.
Щелчки, гудки, пауза. Потом голос, знакомый, чуть хриплый, недовольный.
— Томпсон.
— Это Митчелл.
— Знаю. Черт возьми, Митчелл, уже одиннадцать вечера. — на фоне слышался шум телевизор. Видимо, Маргарет, что-то смотрела в гостиной. — Надеюсь, ты звонишь не ради того, чтобы подтвердить ограбление.
— Нет. Я кое-что нарыл.
Пауза. Телевизор на том конце стал тише, наверное, Томпсон прикрыл дверь.
— Говори.
— Я просмотрел суточные карты замеров нефти на терминале. Пятьсот с лишним листов, за восемнадцать месяцев. Пять резервуаров из шести ведут себя нормально, уровни меняются предсказуемо, по графику поставок и отгрузок. А вот шестой резервуар номер четыре теряет нефть сверх нормы. Не постоянно, а с регулярностью раз в двенадцать-четырнадцать дней. Провалы маленькие, три-четыре дюйма, но стабильные. Все потери происходят в ночную смену.
Тишина. Томпсон слушал. Не перебивал, значит, информация его зацепила.
— Сколько провалов было за восемнадцать месяцев?
— Посчитаю до конца, но за первые десять месяцев уже двенадцать. Если экстраполировать, от тридцати до сорока за полтора года.
— Четыре дюйма на резервуаре такого размера это сколько в галлонах?