Допрос продолжался еще час. Агилера дал адреса, даты, номера телефонов, все, что помнил, о Варгасе, о маршрутах цистерны, о нефтеперерабатывающих заводах в Тамаулипасе.
Мексиканская часть схемы раскладывалась передо мной как карта, аккуратная, подробная, с названиями городов и суммами в долларах. Это важно для прокурора, суда и вообще для обвинения.
Но не для того, что меня интересовало.
Реестр. Книга. Кто кому помогает. Кто кому обязан. Закрытые жалобы, потерянные бумаги, переведенные следователи. Сеть, невидимая, как подземная труба с фланцем и смазкой «Молликот», проложенная под поверхностью, работающая тихо, без следов, без запаха.
Почти без следов. Но я уже почуял ее запах.
Я вышел из комнаты допроса в шесть вечера. Коул остался оформлять протокол. Остерман повез Агилеру в федеральный изолятор округа Хэррис, допрос закончен, адвокат приедет утром, слушание по мере пресечения послезавтра.
В коридоре тишина. Рабочий день в отделении закончился, агенты разъехались. Лампы дневного света гудели в пустом зале, вентилятор на столе Тейлора крутился вхолостую.
Я сел за рабочий стол. Достал блокнот. Открыл страницу, исписанную за время допроса. Перелистнул. Нашел чистую.
Записал:
«Реестр — со слов Агилеры (через Стэнтона, мертв 02.72, 'инфаркт»).
Уинтроп: соревнования, тир, «круг людей», «сеть». Те же слова. Совпадение или нет?'
Подчеркнул последнюю строку. Что-то подсказывало мне что это далеко не совпадение.
Закрыл блокнот. Убрал в портфель.
Диккерт пропал. Ромеро задержан. Агилера в изоляторе. Варгас в Сан-Антонио, федеральный розыск начнется завтра утром. Дело раскрыто. Почти.
Я снял трубку и позвонил Томпсону.
Глава 14
Пустыня
После Агилеры мы вплотную занялись Диккертом. Когда накануне Коул с ордером приехал на терминал, контора оказалась заперта. Карлос Медина стоял у двери с ключом в руке и выражением человека, не понимающего, что происходит.
— Мистер Диккерт не пришел на утреннюю смену, — сказал он. — Первый раз за двадцать лет. Я звонил домой, жена ничего не знает.
Темно-коричневая «Импала» стояла на парковке как всегда. Ключи в замке зажигания.
На пассажирском сиденье аккуратно сложенный пиджак. На столе в конторе каска, технический журнал, раскрытый на вчерашней странице.
Кружка с остатками кофе, холодного, с пленкой на поверхности. Все на месте. Человека нет.
— Объявляй федеральный розыск, — сказал я Коулу. — Рой Диккерт, пятьдесят один год, техдиректор терминала «Галф Кост Петролеум Сторидж». Последний раз замечен на территории терминала вчера вечером, ориентировочно в семь тридцать, ночной охранник видел, как он уходил через ворота пешком. Пешком, Ларри. Машина на месте.
Коул позвонил в отделение. Розыск вышел через двадцать минут, телетайп в полицейские управления Хьюстона, Пасадены, Галвестона и шерифов окрестных округов. Фотография из личного дела терминала, черно-белая, три на четыре дюйма, Диккерт в каске, лицо обращено прямо в камеру, спокойные глаза, широкая улыбка.
К полудню ничего. Домашний адрес Диккерта это двухэтажный дом в Пасадене, на Ред-Блафф-роуд, взятый в ипотеку, с палисадником и «Форд Мустанг» шестьдесят девятого года в гараже.
Жена Рут пятидесяти лет находилась дома, в халате, испуганная и встревоженная. Сказала, что муж ушел вчера на работу как обычно, в шесть утра, с обедом в бумажном пакете.
Не вернулся и не позвонил. Такого никогда не случалось.
Ни записки, ни чемодана, ни следов спешных сборов. Паспорт в ящике комода. Деньги, около трехсот долларов наличными на полке в спальне, нетронуты. Рут плакала, прижимая к груди кухонное полотенце.
К четырем часам ничего. Автобусные станции, аэропорт Хобби, железнодорожный вокзал, пункты проката машин, все проверены, Диккерт как сквозь землю провалился.
В пять тридцать позвонил шериф округа Хэррис, Уолтер Пибоди.
— Агент Коул? У меня нашли тело. Совпадает с вашей ориентировкой.
Грунтовая дорога в двадцати милях к северо-западу от Хьюстона, за городком Сайпресс. Округ Хэррис, самый край юрисдикции.
Местность это техасская равнина на излете, невысокие холмы, поросшие мескитом и бурой травой, пересохшие русла ручьев, ветер несет пыль и запах нагретой земли. Асфальт закончился две мили назад, дальше грунтовка, две колеи, утрамбованная глина. Вдоль дороги проволочные ограждение пастбищ, столбы покосились, проволока провисла.