Маршрут пришел вместе с заказом. От тех же, кто заказывал. Посредник сказал только, что сведения точные, из надежного источника, проверять не нужно. Их дело только исполнить.
Надежный источник. Точные сведения о том, где федеральный агент будет в пятницу вечером. Это могло прийти только из одного места.
Я кивнул переводчику, встал и дал Салазару воды. Сделка была заключена, защищенный изолятор, отдельное содержание, контакт с прокурором по программе для свидетелей, его семья под наблюдением вне страны.
Все, что я обещал, я собирался выполнить. Он дал мне немного, ни одного имени над собой, но он подтвердил главное, чего я и хотел узнать.
Реестр нанимает боевиков наркоторговцев. Картель одалживает их боевиков в обмен на свой интерес, и Реестр пользуется ими для грязной работы, например, для того чтобы убрать слишком настырного агента ФБР. А заказ на меня, с точным маршрутом и описанием моей машины, наверняка поступил из нашей конторы.
Я вышел из палаты в коридор изолятора, к окну с решеткой. За ним лежал серый январский Фэрфакс под низким небом. Долго думал как быть дальше.
В кабинет Томпсона я поднялся к четырем пополудни, приехал прямо из изолятора, не заезжая в отдел. Дэйв остался внизу, в коридоре, договаривать с прокурором по программе свидетелей.
Томпсон стоял у окна, спиной ко мне. Это его манера слушать серьезный доклад.
Я знал это за ним, если Томпсон поворачивался лицом, значит, дело пустяковое и сейчас он начнет тебя перебивать. Если стоял спиной, значит, слушал по-настоящему.
Я доложил коротко. Четверо нападавших, две машины, заранее выбранная позиция на боковой дороге, они знали мой маршрут и тип машины. Двое застрелены, один задержан, и четвертый ушел на «Нове».
Допросил выжившего сегодня утром, через стороннего переводчика, не через нашего. Колумбиец, наемник одной из боготских группировок.
Группу одолжили через посредника в Майами в обмен на коридор для товара в трех портах. Заказ пришел через того же посредника, с моей фотографией, маршрутом и описанием казенного «Плимута».
Имен заказчиков он не знает, знает только, что маршрут и сведения о моем расписании пришли вместе с заказом, из источника, который посредник назвал надежным. Внутренним.
Томпсон молчал, глядя в окно. Потом спросил, не оборачиваясь:
— Форма двести девяносто пять?
Я положил три страницы рапорта на угол его стола.
Он подошел, взял и прочел не спеша. Сел наконец в свое кресло.
Достал из верхнего ящика сигару «Партагас», не закуривая, жена все так же контролировала его, а Томпсон все так же мусолил сигары всухую. Положил перед собой.
Карандаш «Диксон Тикондерога» лежал параллельно краю папки, остро отточенный, как у Олриджа.
— Они знали твой маршрут, — сказал Томпсон.
— Да, сэр. Я туда свернул сам, спонтанно, за три минуты до засады. Одна машина уже стояла там.
Мы оба понимали, что это значит. Слова «крот» Томпсон не произнес, просто посмотрел на меня поверх очков, тем своим взглядом, после которого слова не нужны.
— Паркер, ты и я, — сказал он. — Все. По этой линии больше никого. Ни Бэкстера, ни картотеки, ни секретарей. Хочешь что-то прогнать через базу, несешь мне на стол, я подписываю и отдаю Паркеру лично. Документы по Олриджу в сейф ко мне, копий не делать. Это понятно?
— Понятно.
— Хорошо. — Он постучал карандашом по столу. — Теперь следующий вопрос. Как мы ловим того, кто слил наемникам твой маршрут?
Я выложил то, что прокрутил ночью, лежа на спине с ноющей рукой и глядя в потолок, пока за окном светало над полем. Спокойно, по пунктам, без бумажки.
Можно дать мой новый ложный маршрут, пустить через бумаги выезд в уединенное место, куда никто на самом деле не поедет, и посмотреть, кто туда подтянется. Старый прием с подставной поездкой. Хотя после провала на Роут-50 они будут перепроверять любые сведения дважды.
Еще запустить через картотеку подложную карточку с моими ложными данными на Олриджа и смотреть, кто ее возьмет. Правда доступ к этим есть десятков человек, и среди них есть архивные техники, для которых перебор карточек рутина. Сигналов слишком много, шума еще больше.
Либо прослушка телефонов. Но для этого надо сделать много лишней работы: санкция суда, оформление бумаг, обоснование. Круг тех, кто узнает о прослушке, шире, чем круг тех кого мы собираемся прослушивать.
Томпсон слушал, постукивая карандашом. Когда я закончил, он еще постучал немного, потом положил карандаш ровно к папке.
— Много способов поймать крысу, — сказал он, — и все такие, что крыса видит мышеловку раньше, чем мы кладем туда сыр. Это называется зрелость следователя, Митчелл. Я тебя поздравляю. Лет через десять, глядишь, ты поймешь, что лучший способ поймать крысу это подождать, пока она сама высунется за чем-нибудь сладким.