Мы пожали руки. Рукопожатие крепкое, несмотря на худобу.
— Что у вас? — спросил он.
Я положил папку на стол, достал три конверта с письмами.
— Дело о мошенничестве. Эти письма отправлены жертвам. Нужно проверить на отпечатки пальцев, проанализировать чернила подписи, может, сравнить шрифт машинки.
Чен взял первый конверт, посмотрел на свет. Бумага просвечивала.
— Обычная офисная бумага, — сказал он. — Машинка стандартная, «Ремингтон» или «Ундервуд», судя по шрифту. Чернила синие, шариковая ручка.
Он говорил тихо, монотонно, как будто перечислял факты для самого себя.
— Отпечатки можем проверить нингидрином. Займет несколько часов. Подпись можно сфотографировать под увеличением, если у вас есть образцы для сравнения.
— Образцов пока нет. Но если найдем подозреваемого, нужно будет сравнить.
— Понятно. — Он положил конверт обратно. — Оставьте письма здесь. Завтра к обеду результаты будут готовы.
— Спасибо.
Я собирался уходить, но остановился.
Глава 7
Бар
Лаборатория меня заинтересовала. Оборудование примитивное по меркам XXI века, но для 1972 года, наверное, вполне современное.
— Можно задать вопрос?
Чен посмотрел на меня.
— Да.
— Как вы снимаете отпечатки с бумаги? Нингидрин это химический реагент?
— Да. Нингидрин реагирует с аминокислотами в поте. Окрашивает отпечатки в фиолетовый цвет. Метод существует с 1950-х годов. — Он снял очки, протер стекла краем халата. — Эффективный, но медленный. Занимает от шести до восемнадцати часов.
— А для других поверхностей?
— Металл, стекло — порошок. Алюминиевый или графитовый. Наносим кистью, фотографируем, переносим на ленту. Быстрее, но не так точно.
Он говорил без интереса, как учитель, объясняющий азы студенту.
Я огляделся по лаборатории. На одном из столов лежала камера, большая, с мехами, на штативе.
— Это для фотографирования улик?
— Да. «Графлекс», четыре на пять дюймов. Черно-белая пленка. Проявляем здесь же, в темной комнате. — Он кивнул на дверь в углу лаборатории.
Я подошел к камере. Конструкция массивная, механическая. В XXI веке все это заменил цифровой фотоаппарат размером с ладонь.
— А для съемки мест преступлений что используете?
— «Поляроид» или «Кодак Инстаматик». «Поляроид» удобнее, снимки сразу, не нужно проявлять. Но качество хуже.
Я кивнул. Знал об этих камерах по книгам. «Поляроид» был революцией в 1970-х, мгновенные фотографии. В будущем это музейный экспонат.
— А как храните отпечатки? Есть база данных?
Чен надел очки обратно, посмотрел на меня внимательнее.
— База есть. Картотека. Миллионы карточек с отпечатками. Хранятся в архиве, классифицированы по системе Генри. Поиск вручную, занимает дни или недели.
— Вручную, — повторил я.
— Да. Другого способа нет.
Я представил миллионы карточек, агенты перебирают их одну за другой, ищут совпадения. В XXI веке компьютер делал это за секунды. Алгоритмы распознавания образов сравнивали отпечатки автоматически.
Но здесь нет компьютеров. Есть только человеческие глаза и терпение.
— Сколько времени в среднем занимает поиск совпадения?
— Зависит от обстоятельств. Если есть подозреваемый, сравним его отпечатки с уликами за час. Если подозреваемого нет, можем искать месяцами. Или вообще не найти.
— Понятно.
Я задумался. Может, здесь можно что-то улучшить. Автоматизация невозможна без компьютеров, но есть другие способы ускорить процесс. Лучшая классификация, статистические методы, приоритизация поиска.
— Вы давно работаете здесь? — спросил я.
— Семь лет. До этого учился в Калифорнийском университете. Степень по химии.
— Вам нравится работа?
Чен пожал плечами.
— Работа как работа. Делаю анализы, пишу отчеты. Агенты приносят улики, забирают результаты. Редко кто интересуется процессом. Для них я просто лаборант.
В голосе прозвучала легкая горечь. Едва заметная, но я услышал.
— Я интересуюсь, — сказал я. — Криминалистика это основа расследований. Без точных анализов нет доказательств. Ваша работа критически важна.
Чен посмотрел на меня с удивлением.
— Не часто слышу такое от агентов.
— Большинство агентов не понимают науку. Они люди действия, а не мысли. — Я подошел ближе к столу, посмотрел на фотографии. — А я всегда считал, что интеллект важнее физической силы. Особенно в расследованиях.
На фотографиях были отпечатки пальцев: завитки, петли, дуги. Снимки четкие, контрастные.
— Хорошее качество, — сказал я. — Вы сами снимали?