— Мне тоже пора. Спасибо за компанию.
Он встал, посмотрел на Сьюзан.
— Вы интересный человек. Редко встречаю таких.
— Взаимно.
Он кивнул мне, ушел. Походка ровная, уверенная.
Мы остались вдвоем. Сьюзан и я. Столик завален пустыми кружками и бокалами. Пепельница полная окурков.
Она посмотрела на меня.
— Все ушли. Ты тоже уйдешь?
— Не знаю. Зависит от того, хочешь ли ты чтобы я остался.
— Хочу. — Пауза. — Здесь слишком шумно. Хочешь зайти ко мне? Выпить кофе, поговорить.
Кофе. Классическое приглашение с подтекстом. Все понимают что кофе не главное.
В прошлой жизни я бы растерялся. Не понял намека или понял, но испугался. Неловкость, дискомфорт, неуверенность.
Но сейчас я другой. Другие ощущения. Я более уверенный и спокойный. Знаю что делать.
— Хорошо, — сказал я.
Мы встали. Сьюзан взяла сумочку, я помог ей надеть легкий жакет. Мы вышли из бара.
На улице прохладнее. Ночной воздух свежий после обкуренного помещения. Фонари горят желтым светом, машины проезжают редко. Город засыпает.
Сьюзан подняла руку, остановила такси. Желтый седан, старый «Плимут». Мы сели на заднее сиденье.
— Куда едем? — спросил водитель. Пожилой мужчина, седые волосы под кепкой.
Сьюзан назвала адрес. Водитель кивнул, тронулся.
Мы ехали молча. Сьюзан сидела близко, наши руки почти касались на сиденье. Я чувствовал тепло ее тела, запах духов, что-то легкое, цветочное.
Она посмотрела в окно, на ночной город. Я смотрел на нее. Профиль четкий, шея длинная. Волосы выбились из хвоста, касались плеча.
Такси остановилось у жилого дома. Кирпичное здание, четыре этажа, без лифта. Типичный для города.
Я заплатил, мы вышли. Сьюзан достала ключи из сумочки, открыла входную дверь. Мы поднялись по лестнице. Ступени деревянные, скрипели под ногами. На стенах потрескавшаяся краска.
Третий этаж. Она открыла дверь квартиры, включила свет.
— Входи.
Я вошел.
Квартира небольшая. Прихожая узкая, крючки на стене для одежды. Сьюзан сняла жакет, повесила. Я снял пиджак, повесил рядом.
Она прошла в комнату, я следом.
Гостиная и спальня в одной комнате. Диван у стены, накрыт пледом в клетку.
Напротив журнальный столик, на нем журналы, пепельница, пустая кофейная чашка. У окна книжная полка, деревянная, самодельная, заполненная книгами. Корешки разных цветов, некоторые потрепанные.
На стене плакат, Боб Дилан, черно-белая фотография. Рядом календарь на июнь 1972, несколько дат обведены красным.
В углу проигрыватель на тумбочке. Рядом стопка виниловых пластинок в конвертах. Провод от проигрывателя тянется к розетке у плинтуса.
Справа дверной проем в маленькую кухню. Видна раковина, плита, холодильник бежевого цвета.
Сьюзан прошла к окну, открыла его. Ночной воздух ворвался в комнату, колыхнул занавески.
— Душно. Целый день закрыто.
Она повернулась ко мне.
— Садись. Налить виски?
— Да.
Она прошла на кухню. Я услышал звук открывающегося шкафа, стук стаканов. Я сел на диван. Пружины скрипнули тихо. Плед под рукой мягкий, теплый.
Посмотрел на книжную полку. Названия на корешках: «Гроздья гнева», «Бойня номер пять», «Уловка-22», «О дивный новый мир». Классика, современная литература. Человек читающий, думающий.
Сьюзан вернулась с двумя стаканами. Виски янтарного цвета, без льда. Протянула один мне, села рядом. Расстояние между нами несколько дюймов.
Она подняла стакан.
— За что выпьем?
— За хороший вечер.
— За хороший вечер, — повторила она.
Мы выпили. Виски обжег горло, согрел изнутри. Недорогой, но приличный.
Сьюзан откинулась на спинку дивана, закрыла глаза.
— Устала. Неделя тяжелая.
— Работа?
— Работа, жизнь. Все вместе. — Она открыла глаза, посмотрела на меня. — Иногда хочется сбежать. Купить билет на поезд, уехать куда-нибудь. Не говорить никому.
— Почему не сделаешь так?
— Потому что бежать некуда. И незачем. Везде одно и то же. Работа, счета, одиночество.
— Циничный взгляд.
— Реалистичный. — Она отпила виски. — А ты? Хочешь сбежать?
Я задумался. В каком-то смысле я уже сбежал. Из одной жизни в другую. Из 2025 года в 1972-й. Но сказать это не могу.
— Иногда. Но бежать не решение. Проблемы остаются.
— Философ, — усмехнулась она. — Редко встречаю философов среди агентов ФБР.
— Я недавно в ФБР. Еще не стал типичным.
— Не становись. Типичные скучные.
Она допила виски, поставила стакан на столик. Повернулась ко мне полностью. Колено коснулось моего бедра.