— Отлично. Если придет мужчина, не останавливайте его, не задавайте вопросов. Пусть делает что хочет. Мы сфотографируем, когда он выйдет, и последуем за ним.
Джеймсон кивнул.
— Понял, сэр.
Мы вышли обратно на улицу. Сели в машину. Маркус за руль, я рядом. Открыл кейс, достал камеру, Nikon F, телеобъектив 200 мм, с черным корпусом. Проверил пленку, перемотал на первый кадр. Тридцать шесть снимков, хватит с запасом.
Маркус отрегулировал зеркала. Машина стояла под углом, нам хорошо виднелся вход в почтовое отделение, но зато нас самих почти не видно.
— Готов? — спросил он.
— Готов.
Мы начали ждать.
Время тянулось медленно. Минуты казались часами. Посетители то и дело входили в почтовое отделение. Женщина с коляской, старик в шляпе, двое подростков. Никто долго не задерживался. Они заходили, отправляли письма и тут же уходили.
Два часа. Два тридцать. Два сорок пять.
Маркус зевнул и потянулся.
— Может, сегодня не придет.
— Придет, — ответил я, не отрывая глаз от входа. — у нас есть еще час. Надо ждать.
Два пятьдесят. Три. Три десять.
В три двадцать семь на улице появился объект. Шел быстро, руки в карманах куртки.
Коротко стриженные рыжеватые волосы. Коричневая кожаная куртка, джинсы, рабочие и потертые ботинки. Среднего роста, около пяти футов десяти дюймов, вес около ста семидесяти фунтов. Возраст около сорока пяти.
— Вон он, — тихо сказал Маркус.
Я поднял камеру и навел объектив. Мужчина приближался к входу. На худом лице выступали скулы. На левой щеке от скулы к подбородку тянулся тонкий шрам. Глаза маленькие, близко посаженные. Губы тонкие и поджатые.
Я нажал кнопку спуска. Затвор щелкнул, я тут же перемотал пленку. Первый снимок.
Мужчина вошел в почтовое отделение. Дверь закрылась за ним.
— Это он, — сказал я. — Описание совпадает. Шрам на щеке, рыжие волосы.
Маркус кивнул. Мы ожидали, что будет дальше.
Тишина. Секунды тянулись как часы.
Я держал камеру наготове, наведя на дверь. Мужчина вышел из отделения, остановился на пороге и огляделся.
Лицо настороженное. Глаза быстро скользнули по улице, по машинам, по прохожим. На секунду задержался взглядом на нашей машине, потом поглядел в сторону.
Я нажал затвор. Сделал второй снимок.
Мужчина пошел по тротуару, теперь в противоположную сторону. Он шагал быстро, но не бежал. Руки в карманах, плечи напряжены.
— Он уходит, — сказал Маркус. — Следуем за ним?
— Жди. Пусть отойдет подальше.
Мужчина свернул за угол и скрылся из виду.
— Вот теперь едем, — сказал я.
Маркус завел мотор и выехал с парковки. Поехали медленно, без спешки. Свернули за угол.
Мужчина шел впереди, футов на пятьдесят. Дошел до синего пикапа Ford, старого, 1966-го года выпуска. Кузов потертый, ржавчина на крыльях. Номерной знак штата Мэриленд, черные буквы на белом фоне.
Мужчина открыл дверь и сел за руль.
— Записывай номер, — сказал Маркус.
Я достал блокнот, записал: «MD 4F-7829».
Пикап завелся, мотор громко загудел, оповещая о пробитом глушителе. Выехал с парковки, поехал по улице.
Мы последовали за ним. Держались на расстоянии, сохраняя между нами две-три машины. Пикап ехал спокойно, не превышая скорость. Свернул налево, потом направо. Вышел на главную дорогу, поехал на север.
Ехали минут пятнадцать. Выбрались на окраины Аннаполиса, дома тут попадались все реже, заборы утопали в низкорослых деревьях. Пикап свернул на Мэйпл-стрит, узкую улицу с частными домами. Одно-двухэтажные постройки, небольшие дворы, деревянные заборы. Газоны аккуратно подстрижены.
Пикап притормозил перед домом номер 447. Мы здесь уже были.
Мужчина вышел из пикапа, захлопнул дверь и прошел к дому. Достал ключи, открыл дверь.
Маркус припарковал машину у второго дома дальше, под деревом.
— Что теперь?
— Ждем. Смотрим. Запоминаем. Скоро будет Томпсон. Он хочет сам провести арест.
Я достал камеру, сделал несколько снимков дома. Фасад, окна, крыльцо, пикап на подъездной дорожке. Перемотал пленку, убрал камеру в кейс.
Снова ожидание. Время тянулось медленно.
— Говорят, ты пропадаешь в тире, почти каждый вечер, — пробормотал Маркус. — С чего это?
— Да так, развлекаюсь.
В доме все тихо. Никто не входил, не выходил. Шторы на окнах не шевелились. Изредка мимо проезжала машина, но улица спокойная, почти пустая.
В четыре тридцать подъехали две машины ФБР. Черные седаны, без опознавательных знаков. Остановились рядом с нами. Из машин вышли шесть агентов, включая Томпсона, Дэйва и Тима. Все в бронежилетах, оружие наготове.