— Здравствуйте, — сказала я доброжелательно, — вы — Татьяна Петровна Иванова?
— Точно, — улыбнулась она. — А вы?
Я представилась, протянула ей удостоверение. Володя — тоже. И сразу же, не входя, задали свой главный вопрос, не работала ли она несколькими месяцами раньше в брачном агентстве «Давай поженимся!»? Вот тут-то, услышав ответ Ивановой № 1, я вначале не поверила своим ушам, а потом во второй раз за тот удивительный вечер подумала: «Так не бывает…» Потому что Татьяна Петровна слегка нахмурила брови, похожие на два пшеничных колоска, и, в свою очередь, спросила:
— А что, госпожа Коломийцева попалась на чем-то неблаговидном?.. Работала-работала… Проходите, пожалуйста!
И тяжело отступила в глубь коридора, впуская нас в квартиру.
Квартирка, несмотря на довольно длинный коридорчик, оказалась «малолитражкой», правда, переделанной. Судя по всему, здесь еще и комнатки, величиной с просторный скворечник, были раньше смежные, а теперь их разделили.
Татьяна Петровна провела нас в ту, что побольше, и, почти не повышая голоса, кому-то сказала:
— Валя, гони чай на троих… И печенье не забудь! — потом пояснила: — Моя дочка… Скоро буду говорить «старшая дочка»!..
— Спасибо, может, не стоит хлопотать? — вежливо спросила я.
— Стоит-стоит, — улыбнулась Иванова. — На улице холодно, наверняка ведь замерзли… А чай — это всегда хорошо… Во мне татарская кровь есть, и толк в чаях я знаю…
Я удивилась, потому что на вид она была типичной россиянкой — светловолосая и голубоглазая. За стенкой между тем послышался легкий шорох: наверное, девочка пошла выполнять мамино распоряжение.
— Мы вас, в общем-то, долго не задержим, — мягко начал разговор Володя.
— Не знаю, как у вас, а у меня теперь времени полно… — вздохнула наша собеседница. — На новую работу устроиться не сумела, муж день и ночь вынужден пахать за двоих… А все Коломийцева! Хотя я, наверное, тоже виновата…
— Вообще-то, — заметила я, — действительно не совсем обычная ситуация: как правило, беременные не увольняются, скорее наоборот — чтоб декретные получить…
— Я как раз из-за декретных-то и уволилась! Мы ведь при устройстве на работу как себя ведем? По старинке! Контракт подмахиваем, даже не прочитав его толком до конца — так, по диагонали… А в наше время это чревато, как выяснилось.
— И что там было, в вашем контракте? — заинтересовался Володя.
— Особый пункт там был, насчет того, что больничные… ну и прочее в том же духе, агентство своим сотрудникам не оплачивает… А я, когда устраивалась, на этот момент как-то внимания не обратила. Я вообще-то здоровая женщина, крепкая, а насчет второго ребенка мы с мужем тогда и не думали — само получилось…
Она улыбнулась и слегка коснулась своего живота. В этот момент в комнату вошла девочка лет десяти, темненькая, хрупкая и с ужасно серьезным лицом. «Старшая» Валя несла в тоненьких ручках поднос с чашками, сахарницей и тарелочкой, на которую было выложено недорогое печенье. Тихонько поздоровавшись, девчушка поставила поднос на низенький столик, за которым мы сидели, и бесшумно исчезла. От чашек поднимался заманчивый аромат, чай был заварен — как надо, почти дочерна. Здорово! Мои руки просто сами потянулись к чашке, а Володя последовал моему примеру.
— Что же было дальше? — спросил он у Татьяны Петровны.
— Дальше я ее проинформировала относительно моего будущего ребеночка, а она мне про этот пункт напомнила… В общем-то, фактически сама посоветовала, пока живота не видно, поискать себе другую работу… Вот и вся история.
Иванова посмотрела на нас вопросительно — неужели именно это привлекло внимание родной милиции?..
— Татьяна Петровна… — начала я.
— Если можно, просто Таня, — поправила меня собеседница.
— Хорошо… Таня, вы не помните, перед самым вашим увольнением был такой эпизод: в агентство приходила девушка, беленькая, симпатичная, с фотоснимком своей подруги, искала ее…
— Конечно, помню! — Иванова выглядела слегка удивленной. — Как не помнить, если Лидия ей тут же, с места в карьер, предложила занять мою должность?! А девочка, услышав, какой та собирается дать ей оклад, тут же и согласилась… А в чем, собственно, дело — что-то не так?
— Нет-нет, все так, — улыбнулась я. — Просто, помнится, Лидия Ивановна ответила этой девушке, что ее подруги в глаза никогда не видела, а вы…
— А… Да, помню-помню… — Она вдруг нахмурилась и ненадолго умолкла, потом глянула на меня испытующе: — Что-то случилось, да? И случилось с подружкой этой девочки?..