Широков не счел нужным погружаться в дебри истории. Он обрисовал дело так, что 24 июля, вероятно, в Беседино прибыли два опасных преступника, за которыми тянется след нескольких злодеяний, в том числе, – трех убийств. Цель их – заполучить деньги, зарытые где-то в окрестностях Беседино. Необходимо установить место пребывания преступников и задержать их. Если они уже исчезли, то шаг за шагом восстановить их действия здесь. Надо раздать фотографии и приметы разыскиваемых всем сотрудникам, подключить дружинников.
Следует проверить гостиницу и все возможные адреса, где обычно останавливаются приезжие в частном секторе, а также магазины, ларьки, столовые, в которых могли приобретать продукты или иные вещи эти двое. Просто потолковать с жителями, особенно – на окраинах. Поработать на автобусной станции, побеседовать с водителями здешних предприятий и организаций: может кто подвозил разыскиваемых. Хорошо бы направить людей в близлежащие деревни, поискать следы там. И, конечно, перекрыть въезды-выезды, пока не будет ясно, здесь преступники или нет.
Бережнов заверил, что сил своих у него достаточно, и предложил гостям оставаться «на связи», а при получении каких-либо интересных сигналов сразу подключаться к их проверке на месте. Предложение было вполне разумным, а поэтому – принято.
Затем все вместе отправились инструктировать собравшийся в ленинской комнате личный состав.
28 июля. Четверг. После 7 часов 30 минут.
Через час машина поиска была запущена на полную мощность. В опустевшем здании милиции остался только дежурный наряд.
Началось так не любимое Широковым ожидание – извечная игра в рыбака и рыбку. «Что делать, если поиски не дадут результатов? – размышлял он. – Где тогда искать кончик оборванной ниточки?» Некоторое время Станислав еще ломал голову над этим неприятным вопросом, но так и не нашел приемлемого ответа. Вздохнув, он рассеянно взглянул на Свешникова с Бережновым, целиком погруженных в перипетии начатого им шахматного сражения. На лицах соперников застыло выражение отрешенности от всего земного.
«Счастливчики» – завистливо подумал Станислав, сам не питавший большой любви к этой игре. Чтобы как-то себя занять, он взял с журнального столика первый попавший номер журнала «Советская милиция» и принялся его проглядывать, пытаясь сосредоточиться на прочитанном. Однако вскоре убедился, что в голову ничего не лезет, и, отложив журнал, удобнее уселся на стуле, прикрыв глаза.
В кабинет вернулся Никифоров, ходивший звонить из «дежурки» своему начальству. Устроившись рядом с Широковым, он сказал:
– Все нормально: получил полное «добро» от полковника. Более того, принято решение о возобновлении уголовного дела в отношении Сомова и Мониной Как ты понимаешь, в отношении Сомова было выделено отдельное производство, а потом – приостановлено. По Мониной же, в связи со смертью, дело вообще прекратили. Теперь дополнительно сегодня же сориентируют по преступникам все службы. Создается следственно-оперативная группа. Она немедленно начнет документировать все факты, которые удалось нам вчера установить. Так что Вам с Игорем самим этим не надо будет заниматься: получите копии и необходимые справки.
Станислав кивнул, не открывая глаз. Ему ужасно захотелось спать.
– Да что ты, ей Богу! – попытался взбодрить товарища Никифоров. – Ты знаешь, какую сенсацию произвели в управлении этой историей! Мое начальство аж забегало. Представляю лицо генерала, когда ему доложили, что «парочка» объявилась под другими именами, да и денежки инкассаторскик «всплыли»!
– Представляю…– криво усмехнулся Широков.– Только нам от этого не легче.
Он поделился с Никифоровым своими невеселыми думами.
– Не может быть, чтобы не нашли зацепок!– решительно возразил тот. И, помедлив, добавил: