И оно началось. Линда Маркс вызвала специального агента Эрика Стауча из Отдела спецопераций УБН. Стауч сжато засвидетельствовал, что Леру сотрудничал добровольно и был активным участником в операциях по поимке обвиняемых. На перекрестном допросе Ричмен, стараясь показать, что Леру был столь заинтересован в этом сотрудничестве, что мог оболгать Оза, спросил, обещали ли Полу, что он не будет экстрадирован в другую страну или что он застрахован от смертного приговора. Стауч признал, что Леру выражал обеспокоенность относительно экстрадиции, но отрицал, что государство дало ему какие-либо гарантии.
Тогда Ричмен попробовал затронуть совсем другую тему. После ареста не было ли позволено Леру поддерживать деятельность той же фармацевтической сети, что в США много лет пытались уничтожить?
— Интернет-аптеки продолжали действовать, но их торговый оборот сокращался, — ответил Стауч.
— И управляя этими аптеками, Леру по-прежнему переводил деньги для выплаты жалований, гонораров докторам и прочего, верно?
— Он переводил деньги, чтобы выплачивать жалованье.
— И это, понятно, происходило с согласия американских властей?
— Да.
— Итак, на протяжении этого времени американские власти руководили интернет-аптеками, правильно?
Тут Линда Маркс вмешалась и принялась возражать — нетрудно понять, почему. Если власти стремились доказать, что торговля RX Limited представляла угрозу для потребителей, они должны были отвечать за то, что дали Полу Леру доступ к деньгам, так что он продолжал продавать таблетки, и это лишь с целью ареста нижестоящих сотрудников компании.
— Протест обвинения отклоняется, — объявил судья.
— Нет, мы были в процессе прекращения деятельности компании, — ответил Стауч. — Руководило правительство США аптеками или нет, мы были в процессе их закрытия.
После Стауча Маркс вызвала Тревиса Окена, агента УБН из Миннеаполиса, который помогал Брилл на последнем этапе расследования и который был рядом с Леру, когда он общался с Романом Озом. Окен также засвидетельствовал тот факт, что Леру делал звонки добровольно.
Пришла очередь Ричмена вызывать свидетелей.
— Ваша честь, мы вызываем Пола Калдера Леру.
Леру вошел в зал в сопровождении двух приставов в штатском, с самым тропическим видом в лимонно-желтой футболке и оранжевых тюремных штанах. Его слегка неровная борода была темнее серебристых волос. Он все еще был «толстяком», хотя за три с половиной года под стражей и потерял в весе.
Приставы сняли с него наручники и указали ему на трибуну, с которой говорили свидетели. Он пробежал глазами по залу, садясь на стул, как если бы его удивляли люди, оказавшиеся вдруг перед ним, пришедшие посмотреть на него. На какой-то миг наши глаза встретились — или мне показалось, что встретились. Но он уже смотрел в сторону с выражением озадаченного недоумения.
Анонимный адвокат так и не показался, поэтому юридически, как ни странно, интересы Леру, потенциального свидетеля защиты, представляла Маркс. Она время от времени выдвигала возражения, все те же, что выдвигала или могла бы выдвинуть при допросе ее свидетелей.
Вдобавок Ричмен стал расспрашивать Пола не как обвиняемого в преступлениях. Он спросил его, кто он по профессии.
Леру немного подумал и ответил с южноафриканским акцентом, как на мой слух, сглаженным годами, проведенными вне родных мест, и усилиями самого Пола скрыть особенности произношения.
— В сущности, — ответил он, — я много лет работал программистом.
С предлогом слушания, установлением факта, давал ли Леру согласие на запись телефонных разговоров с Озом, было быстро покончено. Но Ричмен подтолкнул Леру к тому, что тот подтвердил те сведенья, за которыми я охотился годами. Да, он создал шифровальную программу E4M, но отрицал, что он создатель «ТруКрипт», его легендарного детища. Он назвал некоторые из своих псевдонимов, например Джоан Смит, Бернард Боулинз и Джон Смит. Он признал, что организовал транспортировку двухсот кило кокаина на JeReVe из Эквадора.
Когда Ричмен перешел к вопросам об убийствах, будничный тон Пола стал более резким.
— Вы понимали, что ваши дела с законом обстояли гораздо хуже, чем если бы речь и впрямь шла только о поставке метамфематина, верно? — спросил Ричмен, стремясь раскрыть причины, по которым Пол охотно сотрудничал с УБН.
— В каком смысле? — спросил Пол, откидываясь на стуле со сложенными на груди руками.
— Ну, к примеру, вы заказали множество убийств, правильно?