Потом, в июле 2008 года, братья Хан сообщили Леру, что они совершили поездку в Замбию и за полтора миллиона долларов купили там семьдесят килограммов золота. Когда они вернулись в Булавайо и получили груз, обнаружилось, как они говорили, что слитки поддельные. Кто-то подменил образцы, когда они брали пробу, по их уверениям. Подозревая, что братья прикарманили его деньги или хотя бы часть, Леру послал Макконнела и американского наемника в Булавайо и Замбию, чтобы все расследовать, а братьям Хан приказал явиться в Манилу. Он также отозвал огромную сумму, которую прежде направил Мэтью для других сделок. Когда выяснилось, что у Мэтью недостает 52 000 долларов, Леру заключил, что его семья обкрадывает его.
Макконнелу с американцем было выдано досье на Мэтью и его отца и приказано установить их местонахождение. Для американского наемника задание стало сигналом, что пора выйти из игры. Он сказал Макконнелу: если Леру такой параноик, что подозревает свою семью, «надо быть очень осторожным».
— Что это значит? — спросил Макконнел.
— Это как принцип домино: когда человек на самом верху начинает нервничать, думает, что его обманывают, кости домино падают одна за другой.
Феликс Клауссен, нанявшийся к Леру в основном, чтобы продлить свою пляжную жизнь на Филиппинах, замечал, что с каждым месяцем все больше погружается в особый мир Компании. Его работодатель, которого он по-прежнему знал как Джоана, или Джона, сказал ему, что надо привыкнуть жить под прикрытием вымышленного имени. «Он не уставал повторять всем и каждому: не называйте своих настоящих имен», — сказал Клауссен, который услышал настоящее имя самого Леру лишь месяцы спустя. Клауссен выбрал псевдоним «Джек Андерсон».
Он насовсем перебрался в Манилу, въехал в дом в Дасмариньяс Виледж с Крисом де Мейером, тем другом, который нашел ему эту работу. Третью спальню в доме занимал бывший американский военный Джозеф Хантер, или «Рэмбо», как некоторые звали его. В конце четвертого десятка лет Хантер выглядел как солдат удачи: грудь бочонком, выбритая голова, шея качка и неизменное выражение угрозы на лице. «У него был мрачный, зловещий вид, — сказал один из бывших сотрудников Леру. — Каждый мог догадаться, на что годен этот парень».
Хантер был американцем — как и Тим Вамвакьяс из Калифорнии, и Адам Самья из Северной Каролины — в службе безопасности, состоявшей, главным образом, из израильтян, южноафриканцев и европейцев. Он вырос среди крайней бедности в Кентукки, без отца, воспитанный матерью и бабушкой. В 1983 году он пошел в армию и два года спустя записался в рейнджеры. Он прослужил только восемь месяцев в войсках специального назначения, когда товарищ по подразделению погиб во время боевых упражнений. Хантер, травмированный его смертью, покинул подразделение по медицинским обстоятельствам. Остальную часть двадцатиоднолетней военной карьеры Хантер прослужил сержантом на муштровке, тренируя солдат военной полиции, и инструктором снайперов, поднявшись до чина сержанта первого класса. Он получил медали за заслуги в национальной обороне и в глобальной борьбе с терроризмом, а родной штат дал ему почетное звание Полковника Кентукки, которое присваивается тем жителям, которые «непоколебимы в преданности семье, вере, ближним и стране».
Путь Хантера в службу безопасности Леру напоминал проделанные другими бывшими военными. После отставки в 2004 году он вернулся на родину в город Оуэнзборо, где хотел осесть с женой, двумя сыновьями-подростками и двумя собаками. Но семейный очаг казался скучным в сравнении с высадками в далеких краях и войнами в Ираке и Афганистане, с работой в частных охранных компаниях, суливших большие гонорары и возможность применить силы. Нанятый и вскоре уволенный их «Блэкуотер Секьюрити Консалтинг», он нашел место в «ДинКорп», дававшей работу по контрактам и тесно связанной с американскими военными. В 2006 году Хантер направился в Ирак, где его занятиями были сбор образцов ДНК у иракцев и расследование взрывов. Он трудился, постоянно рискуя стать мишенью снайперской пули или попасть под минометный обстрел, помогал раненым при нападениях террористов-смертников. Вернулся домой через два года Хантер совсем другим человеком, более раздражительным и недовольным. У него появились проблемы со сном, он просыпался, подскакивая. «Я проводил много времени у себя в гараже, — написал он позже, — избегал бывать на людях. Я просто хотел побыть один, не выходить на улицу и ничего не делать. Жена сказала, что я нуждаюсь в помощи, но я не смог бы работать по контракту без врачебной помощи». Вместо этого он подписал договор с еще одной подобной компанией «Трипл Кэнопи» и вернулся в Багдад. Через год его приятель Тим Вамвакьяс оповестил его о том, что ему самому посчастливилось попасть на более удобную работу, у богатого человека в Маниле.