Леру приказал Озу и Беркману закрыть тель-авивский колл-центр. Он сокращал объем подобной деятельности. Теперь задача Оза и Беркмана заключалась в ликвидации того, что они создали. Леру закрыл колл-центр в Индии, а они увольняли сотрудников в Израиле и отправляли компьютеры и офисную мебель в Манилу. Там Леру перекладывал обязанности по управлению на Шая Реувена и Нестора Дель Росарьо. Переводы, которые Беркман обычно получал из Гонконга, теперь приходили из новых мест. Вскоре они стали нечастыми, и у израильских менеджеров не хватало средств на то, чтобы выплачивать возмещения уволенным сотрудникам.
Однажды к Алону Беркману заявился израильтянин, прежде руководивший индийским колл-центром. Он сказал, что Компания задолжала ему, и он намерен требовать компенсацию по суду. Беркман передал это Полу. Через несколько дней бывший менеджер в Индии пришел к Беркману сказать, что он передумал. У него дома побывало шестеро человек, угрожавших убить его семью у него на глазах. Он оставил Беркману расписку, в которой утверждалось теперь, что Компания ничего ему не должна.
— Вот видишь, — сказал Леру позже Алону, — я достану тебя, где бы ты ни был.
Он вызвал Макконнела через месяц после того, как тот выписался из больницы, на встречу в кафе рядом с одним из его домов в окрестностях Манилы. Леру, как показалось Макконнелу, усилил меры безопасности, его эскортировали два филиппинских телохранителя.
Полу было чего опасаться: даже пока RX Limited билась за существование, организация в целом продолжала разворачивать криминальную деятельность. Леру теперь участвовал в торговле метамфетамином, вел дела с преступным миром Юго-Восточной Азии, чреватые конфликтом. Ирландец Филип Шекелз, один из подчиненных Пола, взялся за сооружение метамфетаминовой лаборатории для Пола в филиппинской квартире. Другой служащий, Скотт Стэмерс, старался организовать производство мета в Камбодже с помощью одного тамошнего генерала. И хотя это не удалось, Леру, наконец, сорвал банк в метамфетаминовом бизнесе, когда бывший бармен из заведения «У Сида» познакомил его с членом гонконгского преступного сообщества триады. С помощью этого человека по имени Е Дюн Дань Лим Леру смог закупать высококачественный северокорейский метамфетамин, сначала взяв сорок восемь килограммов и обещав купить еще. Груз наркотика был отправлен в тайники на Филиппинах и в Гонконге.
Безуспешно попытавшись приобрести у корейских военных подводную лодку для транспортировки мета, Леру велел своим инженерам спроектировать миниатюрную подлодку на одного человека, тем легче, что единственным официальным предприятием Пола была манильская мастерская по ремонту лодок и яхт. Также он попробовал переоборудовать дрон Predator в средство для транспортировки наркотика. Рабочая модель была построена на одном филиппинском складе.
И в международную торговлю кокаином Леру тоже ввязался. Шекелз искупил вину, когда запорол затею с метамфетаминовой лабораторией, он нашел поставщиков кокаина в Перу и Бразилии. К 2011 году Пол заключил сделки на десятки миллионов долларов, он перевозил наркотики на собственных судах из Южной Америки через Тихий океан и продавал в Азии.
Встретившись с Локланом Макконнелом, Пол попытался втянуть и его в операции с наркотиками, рассказывая о своих связях с картелями и о планах использовать беспилотные воздушные средства и подводные дроны. «Не знаю, что там у него за дерьмо на самом деле творилось, — вспоминал Макконнел. — Он хотел перещеголять жизнь. Потому что, когда мы говорили с ним лично, он всегда больше походил на ботаника-мечтателя, чем на гангстера».
Леру предложил ему вернуться в дело в новой роли и получать 100 000 долларов в месяц за надзор над производством мета в доме Пола в Лагуне, туристической зоне к югу от Манилы. Макконнел осторожно ответил, что вряд ли годится на такую работу. Леру пожал плечами, и их разговор закончился.
Локлан понял, что у него появилась возможность улизнуть и ею нельзя пренебречь. Он затаился и отправил семью в отдаленное место, остерегаясь, что ей грозит участь Дейва Смита. «Я жил, постоянно оглядываясь за спину, — сказал Локлан, — потому что знал, что могу быть одной из намеченных им мишеней».
20
Следователи
2010–2011… Бейли возвращается домой… Расследование ООН… Возможный перебежчик… Новости из Флориды… Проблема Локлана Макконнела… Госадминистрация наверстывает упущенное.
До конца 2010 года Кент Бейли занимался международными сторонами дела Леру в Отделе спецопераций в Вирджинии. Но вернувшись в Миннеаполис руководить местным отделением УБН (Drug Enforcement Agency, или DEA), он услышал ворчание в свой адрес от Дерека Мальца, возглавлявшего Отдел специального агента. Длившееся уже четыре года дело истощило терпение начальства. «Я помню, как Мальц говорил мне, что я должен довести это дело до финишной прямой, — сказал Бейли, — а я отшучивался, что на десять ярдов продвинулся вглубь и пробежал вдоль и поперек дела девяносто пять ярдов, так что на финишную прямую его выводить будет кто-то другой».