Но все это потом, намного позже, а пока у меня не было ни малейшего желания вступать в теологический спор с ФАПСИ насчет того, является ли лицензия на «защиту от НСД» криптографической индульгенцией. Прав тот, у кого больше прав. Насчет «мер, предусмотренных российским гражданским и уголовным законодательством», все ясно – напустить на предприятие кучу проверок. Ребята из одного банка, в котором использовался «Криптоцентр», писали мне, что ФАПСИ напрямую не предъявляло им никаких претензий. Зато налоговая полиция моментально обвинила в укрывательстве от налогов «сверхдоходов», полученных банком от использования программ клиент-банк с «Криптоцентром», как средством осуществления электронной подписи. А вообще-то даже проверки (после мук перерегистрации) не стали меня сильно пугать. Проверяйте, штрафуйте, получить что-либо от ООО «Альба-Софт» – проблематично. Движимости или недвижимости нет, торговлей не занимаемся, товаров на складе и самого склада тоже нет, наедут – прикрою к чертовой матери эту лавочку и свалю за границу. Да если и не наедут (хотя это письмо – уже наезд) все равно постараюсь куда-нибудь свалить, куда подальше от всех этих ФАПСИшников, регистрационных палат, налоговых инспекций, Пенсионных фондов, ГАИшников, которые стали реальными хозяевами в стране. Это их страна и в ней надо жить по их законам: кланяться, толкаться в очередях, давать взятки, унижаться. И ко всему прочему еще и не работать по своей любимой профессии. Если страну (чиновников) переделать невозможно, остается ее поменять. Вот только сколько времени надо мной будет висеть это проклятие – невыездной? Через 10 лет после увольнения из КГБ я смогу в ОВИРовской анкете даже не указывать эти темные страницы из моей жизни. Но для этого надо ждать еще целых 3 года, как долго! А если попробовать пораньше, ведь по закону по рогам дают всего 5 лет? Закон законом, а в реальной жизни откажут без объяснения причин, занесут в «черный список» – специальную базу данных ФСБ, и потом из нее уже не выбраться до конца жизни. Повышенная секретность, особый участок – всего этого мне пришлось глотнуть с избытком. Да и для того, чтобы найти интересную работу за границей, нужно время, нужно иметь представление, какие специалисты там наиболее востребованы, нужны ли криптографы.
Криптографы нужны, несомненно! Электронные расчеты, электронная торговля, банковские услуги – везде нужна криптография. Все нормальные страны постепенно снимают ограничения на использование криптографии, а фирмы, занимающиеся разработкой криптографических программ, стараются не упустить перспективные возможности, завоевать открывающиеся рынки сбыта. И только в России в компании с Северной Кореей и Ираком каждый криптографический чих сопровождается «мерами, предусмотренными российским гражданским и уголовным законодательством».
Но пока, в данный момент, мне еще сваливать некуда, а в месячный срок надо отвесить очередной поклон ФАПСИ в лице г-на В.Н. Мартынова.
Заместителю начальника лицензионного и сертификационного Центра Федерального Агентства Правительственной Связи и Информации при Президенте Российской Федерации г-ну Мартынову В.Н.
На Ваш исх. № ЛСЦ/К-827 от 13.03.2001 19.03.2001 г.
Уважаемый г-н Мартынов В.Н.!
В соответствии с Уставом ООО «Альба-Софт», зарегистрированным Московской Регистрационной Палатой в реестре за № 572840-РП 03 апреля 2000 г., предметом деятельности ООО «Альба-Софт» является в том числе «разработка научно-технических решений для создания информационно-поисковых систем, систем связи и информационной безопасности». При осуществлении этой деятельности ООО «Альба-Софт» разработаны несколько пакетов прикладных программ, ориентированных на использование в широко применяемых в настоящее время операционных и прикладных системах (Windows-32, Microsoft Outlook, Lotus Notes и т.п.) и предназначенных для упорядочивания и контроля за электронным документооборотом, осуществляемым с их помощью. Программы, разработанные ООО «Альба-Софт», допускают встраивание в них дополнительных модулей, в том числе и модулей, осуществляющих шифрование и электронно-цифровую подпись.
Поскольку разработка подобных программ требует их тщательного и длительного тестирования, нашей компанией были подготовлены программы-иммитаторы операций шифрования и подписи, в которых не используются принятые в Российской Федерации стандарты шифрования и электронно-цифровой подписи (ГОСТ Р 34.10-94, ГОСТ Р 34.11-94), а также известные алгоритмы DES, PGP, RSA, IDEA, ГОСТ 28147-89 и им подобные. Наша компания не считает эти программы-иммитаторы (которые мы именуем MCS-модулями) средствами криптографической защиты информации, а рассматривает их как инструмент для тестирования интерфейсной оболочки. Слова «Шифрование» и «Электронная подпись» на сайте компании «Альба-Софт» предназначены для квалифицированных программистов, которым потребуется, имея описание MCS-модулей, заменить их на реальные операции шифрования и подписи.
Согласно ст.2 раздела 1, а также п.1 раздела 5 главы 2 Федерального Закона о рекламе, «реклама – распространяемая в любой форме, с помощью любых средств информация о физическом или юридическом лице, товарах, идеях и начинаниях (рекламная информация), которая предназначена для неопределенного круга лиц» «Реклама должна быть распознаваема без специальных знаний». Информация, помещаемая на сайте ООО «Альба-Софт» в INTERNET, носит технический характер, предназначена для узкого круга специалистов в области электронного документооборота, требует специальных знаний (знаний языков программирования, информатики). Исходя из этого, мы не считаем содержание нашего сайта рекламой.
С уважением,
М.Е.Масленников, Генеральный директор ООО «Альба-Софт»,
кандидат физ.-мат. наук
Знать ничего не знаю ни про какую криптографию, а слова «шифрование» и «электронная подпись» произношу по привычке так же, как по привычке наше государство все еще называю советским. А сколько и в каких условиях заказчик будет «тестировать» MCS-модули – про это ни в каком законе ничего не сказано. Сколько надо, столько и будет. В ОПЕРУ ЦБ «Криптоцентр-АВИЗО» тестировали около 10 лет.
А вообще-то все чаще и чаще стало появляться ощущение тупика. Что дальше?
Отношения с W-банком после того, как оттуда ушел В.К.Тяпкин, изменились, в них появилась новая для меня черта: TeleDoc работает успешно, больше ничего не надо. Переходить в штаты этого банка и заниматься там текущими банковскими проблемами мне не хотелось: теряется самостоятельность, а самое главное – работа банковским клерком меня не прельщала. Найти новых заказчиков на мои программы в условиях криптографического геноцида было очень трудно, почти нереально, я убедился в этом за последние 2-3 года. Переквалифицироваться? В кого? В специалиста по 1С бухгалтерии? Спрос на эту программу действительно большой, ибо она – плод общения с чиновниками, попытка автоматизировать ту кипу бумаг, которые каждое предприятие должно готовить и сдавать во время квартальных и годовых отчетов. Но у меня эти бумаги вызывают отвращение, я сам заполнял и сдавал их с большой натугой, исключительно по необходимости. А здесь теперь надо разбираться со всеми этими формами и справками, их обновлениями и изменениями в соответствии с чиновничьими прихотями. Нет, на 1С бухгалтерию меня явно не тянет. Надо что-то другое, а что?
Вот в таких раздумьях проходил день за днем, а кушать-то хочется каждый день. Вместо бомбильни по вечерам я отчаянно пытался сделать этот источник существования чуть ли не основным, целыми днями разъезжая на своей видавшей виды пятерке по окрестным «охотничьим угодьям». Но таких бомбил тучи! А пятерка, прошедшая к тому времени около 300 тыс. км, разваливалась прямо на глазах. Двигатель дымил, грелся, чтобы мотор не заглох, приходилось жарким летом на полную открывать кран отопителя. Сцепление, коробку передач и прочие машинные части я уже менял на ней несколько раз, и все равно постоянно приходилось ждать каких-то подвохов. Один раз мне показалось, что что-то подозрительно гремит в левом переднем колесе. Потихоньку я доехал до гаража и когда уже встал перед воротами, чтобы въехать в него, отвалилась левая рулевая тяга. Это было как предупреждение: в следующий раз что-то может отвалиться прямо на ходу.