Стоим окруженные возбужденными и нервными домохозяйками. Даже дети насупленные и в общем то всем понятно что землю купили а что будет потом это скрыто в тумане. Пытаюсь успокоить женщин.
- Дамы! Прошу вас выслушать меня.
Потихоньку гвалт птичьего базара затих и у всех в глазах испуг и тревога.
- Первое и самое для вас главное. Никого выселять не будем.
- Но месье?! Вы же сами сказали что начинаете работы по реставрации форта!
- Пока мы восстановим и запустим в работу только четверо часов которые располагаются на зданиях форта. Плюсом я выведу бригады для раскопки и реставрации подземных коридоров которые связывают цитадель с артиллерийскими ДОТами. А теперь очень важное для вас объявление. Я договорился с мэром города Франконвиль и мэр любезно согласился продать мне землю. На этой земле я выстрою несколько высотных домов в которых вы все получите новые квартиры. И только после переезда в новое жилье я выведу бригады для реставрации форта.
Тишина и мне никто не верит. Вот вообще ни одна женщина мне не верит. Тяжело вздыхаю и делаю заявление.
- Хорошо. Я понимаю ваш испуг и даже понимаю откуда возникло ваше недоверие. Поступим следующим образом. Завтра к вам приедет нотариус и прямо на месте мы заключим договора с каждой семьей проживающей в форте. В этом договоре мы запишем обязательства сторон. Если вас это успокоит я готов взять на себя обязательства.
Улыбаюсь.
- Так что? Дамы? Вы готовы получить гарантии от майора армии Бельгии?
- О черт?! А ведь он не врет?!
Это был прорыв. Опять начался галдеж а мы быстренько расшаркались и прыгнув в машину свалили.
Рекламное бюро La vue располагалось в подвальном помещении, но зато этот дом находился на бульваре Монпарнас. Пришлось конечно пересечь весь Париж по диагонали но зато я попал в коллектив состоящий исключительно из молодежи. Старше тридцати вообще никого не было. Даже директор, месье Андре Ломуз, был молодым парнем лет так двадцати пяти от роду. Да и в общем, в коллективе стоял вечный ржач, подколки и некое бурлящее варево которое весело дарило всему миру счастье и праздник. А вот Надин мне понравилась, не понравилось другое. Ни одна из этих умненьких девиц не собиралась рожать детей. И накуа такие умные дуры? И какая от них польза и прибыток обществу? Пустышки, хотя свое дело знают.
ФОТО.
Вот такая вот Надин. Хитренькая лисичка с развитыми мозгами, диплом Высшей национальной школы изящных искусств, прическа каре что редкость в начале шестидесятых, два с половиной размер груди - но при этом дура дурой.
Дергаю дверь и звонкий колокольчик оповестил всех что кто то пришел. Захожу в большую комнату которая заставлена столами а посередине большой стол для бильярда.
- Оригинально.
Буркнул я и прошел в зал.
- Доброго дня господа и дамы.
Пятнадцать пар глаз уставились на меня а Надин встала и прошла в мою сторону.
- Это же вы?
- Точно так мадемуазель. Я, уже тридцать пять лет, как - Я.
Девица прыснула но уточнила.
- Месье Олаф де Мун?
- Да. А вы, надо полагать, мадемуазель Надин Барату?
- Это я.
Тут она резко развернулась и громко оповестила.
- Коллеги! У нас в гостях майор храмового спецназа богини Тиамат месье Олаф де Мун.
Тишина и ступор продолжались пару секунд и неожиданно для себя я оказался в окружении девиц и молодых парней галдящих как торговки на Привозе.
Через пятнадцать минут мы все сидели за бильярдным столом. Эта конструкция мне сильно понравилась. Одно нажатие рычажка и все боковые отбойники опустились вниз а все лузы перекрыли лакированные заглушки. Быстро накинули большую скатерть а тут и посыльные пришли из соседнего кафе. Стол накрыт. Мясо, рыба, салаты и конечно вино. Вот вина реально много, ящиков десять если не больше. Шестьдесят бутылок по 0,7 литра это мощная заявка.
Тост, второй, от меня ответный и закусив я перешел к делу.
- У меня вопрос ко всем. Сможет ли ваша фирма устроить некий салон или вечер встречи на который будут приглашены самые значимые архитекторы Франции и конечно самые именитые актеры и актрисы. В обязательном порядке музыка и оркестр.