3
С первыми лучами Солнца Кли подскочил словно ужаленный. Память не вернулась и где Майкл до сих пор оставалось загадкой. – Нужно срочно найти его! Мы еще никогда не расставались так надолго. Один он, или с теми людьми, что были на корабле, Кли мог только высчитывать вероятности, но формула была сложна, да и необходимо было действовать, при чем срочно. Думать он будет потом.
Кли попытался спрыгнуть, но в последний момент его подвела лапа и поскользнувшись на толстой обросшей мхом влажной ветке он плюхнулся вниз на мягкую почву, пролетев при этом метров тридцать. Это было не самое высокое дерево в этих краях, но Кли повредил хвост и теперь он безжизненно болтался словно ненужный хлам.
- Моя антенна – Проговорил пес так громко, что стая птиц с соседнего дерева с диким недовольным криком покинули свои насиженные места.
(Неприятель! Посторонний!)
Кли это явственно расслышал – (Чужак! Чужак!) – продолжали вопить упорхающие твари. – Видимо мое подсознание все-таки работает, и пока я был в отключке мой слух автоматически настроился на их сигнал. – Но моя антенна. Теперь я полностью отключен от мира.
Кли начал спускаться с противоположной стороны горы. На пути ему попадались лишь кости мертвых животных, которых Кли с трудом распознал как оленьи и чьи-то еще –громоздкие и твердые словно камень.
- Опять смерть – думал он продолжая спускаться – опасная планета. Вот почему люди покинули ее. Она будто создана для убийств. Ведь те животные явно умерли не от старости - на костях робот видел следы чьих-то зубов.
Густой туман заволок глаза и сам воздух, все вокруг стало бледно-серым, и робот снизил темп что бы ненароком не покатиться кубарем вниз. – еще два-три таких удара и мне конец – решил Кли. Спустившись с горы, пес остановился. Перед ним растелилась пропасть, через которую был протянут подвесной мост, чья шаткая конструкция в основном была выполнена из ветхого дерева и не внушающих доверия канатов. Кли глянул вниз и увеличивал изображение до тех пор, пока его глаза не повылазили из орбит, так и не достигнув дна. Туман мешал разглядеть расстояние до другого берега, и он усомнился в том, сможет ли допрыгнуть. Но Майкл ждет и нуждается в его защите. - Ведь я для этого создан. Помогать. – Трусость роботу была не свойственна, она вшита в его программный код лишь для того что бы поддерживать инстинкт самосохранения. Но если бы у него он был, то возможно Кли не стоял бы здесь поломанный. Пес разбежался, но на самом краю остановился. На мосту появился силуэт.
4
Со стороны Кли смахивал на демона только что выбравшегося из преисподней. Он весь дымился, а глаза в темноте насыщено мигали красным. Причиной тому стало резкое похолодание, и ледяной воздух коснувшись теплых капель на металле вызывал испарение.
Он спал, но никто из хищников не осмеливался подходить к Кли-Каю. Даже волки, принюхиваясь с виноватым поскуливанием шарахались от него и разбегались в разные стороны, нарушая строй и дисциплину.
Когда зрачки вновь стали зелеными, Кли поднялся и словно пьяный пошатываясь побрел обратно наверх горы. Толстый слой тумана закрывал небо и Кли медленно тащился обратно на вершину, где живительные лучи вновь придадут ему сил.
- Нужно будет запомнить, что, лишаясь света, энергия сразу уходит. Да что не так с этой планетой? Голос робота звучал так лениво словно замедленное воспроизведение. Казалось зажевало пластинку, и пес периодически останавливался будто неопытный водитель случайно нажимавший на тормоза.
Перебирая лапы Кли смотрел себе под ноги, стараясь наступать на свои же следы, чтобы не поскользнутся. Путь был не близким и на подъем ушли еще целые сутки. Наконец, выбравшись из белой пелены Кли-Кай насторожил уши. В десяти милях от него иступлено орал ребенок. – Звук исходит оттуда откуда я вернулся. Что это вообще было?
Кли Кай нашел толстое дерево и принялся царапать на нем когтями то что увидел на мосту. Когда он закончил, робот отошел и со стороны посмотрел на свое произведение искусства. Бледная краска на коричневом холсте.
Скала, мост уходящий в бесконечность. На мосту стоял верзила с четырьмя человеческими ручищами и ногами, вот только это не было человеком. Лица у него не было, а вместо тела сплошная длинная шея, ближе к голове становясь шире. Позвонок его был неестественно выгнут внутрь, и он смахивал на жирафа подвергшегося сильной деформации. Кожа туго обтягивала туловище, а из брюха торчали щупальца. Примерно таким он его запомнил, но нарисован был и вправду жираф. Только без головы и с фейерверком из задницы.